– Это нормальный вопрос. Нет ничего странного в том, что вы хотите представить жизнь на Тэсании в более приемлемом для вас варианте. Идеальность вызывает смущение. Мир не существует без конфликтов. Это источник движения. Вы правы, Кира.
Я смотрела на его ладони, скрещенные на бедре, и в очередной раз отмечала, какие у него красивые руки.
– За непривычной картиной уровня развития цивилизации вы не разглядите трудностей, которые существуют для нас, потому что мыслите категориями своего мира. Наше общество построено по иным принципам: социальные, внутриполитические особенности. Мы не противостоим нашим внутренним законам – здесь всё определенно и не вызывает сомнений. Но есть внешние причины, которые нам неподвластны, и мы стремимся к определению как можно менее энергозатратного и болезненного способа выживания. Замечу, что ресурсы Тэсании небезграничны. Хотя мы находимся в одной из самых стабильных зон космического пространства и планета имеет значительно больший запас прочности, чем другие, в том числе и Земля, тем не менее ничто не вечно. Чем грамотнее мы пользуемся данными нам ресурсами, тем долговечнее и гармоничнее наше существование. Это ответственность каждого гражданина. Ее нелегко нести. Об остроте проблемы сокращения населения по биоэнергетической причине вы наслышаны. Сейчас для нас это главная проблема.
Его слова приковали мое внимание. Я отпустила все неловкие и неуместные мысли. Настроение стало серьезным.
– Да, на Земле все прямо до наоборот. Мы не вырождаемся, скорее, плодимся бесконтрольно, нарушая природный баланс своим эгоистичным потреблением ресурсов.
– Такая проблема не только у Земли.
– Полагаю, да,– грустно усмехнулась я.– Эгоизм, вероятно, – свойство генетическое и является следствием работы инстинкта самосохранения. Только вот не все его способны подавить силой разума, как вы.
– Это долгий эволюционный путь.
– Тонго?– наконец я взглянула в его глаза.
– Думаю, и это не предел,– задумчиво ответил Райэл, глядя в пространство перед собой, а затем снова перевел глаза на меня.– Также мы регулярно отражаем условные атаки других видов, желающих поселиться на Тэсании.
– Войны?!– напряженно вытянула шею я.
– Без кровопролитий,– дрогнули уголки его губ.– Это, скорее, постоянная дипломатическая перепалка. У нас много союзников и превосходящая все знакомые нам военные технологии система контроля орбитального пространства.
– У вас есть секретные агенты?– понизила я голос до шепота и прищурилась.
Райэл многозначительно улыбнулся и опустил глаза. Это могло означать следующее: ответ положительный, вопрос неуместный для обсуждения.
– И что хотят другие виды?– тогда полюбопытствовала я.
– Они думают, что могут обосноваться на Тэсании, как когда-то кальгонцы. Но адаптацию не проходит никто, кроме истинных Тэс. И многие осведомлены об этом.
– То есть никто чужой не сможет здесь выжить?– пришла к неутешительному выводу я и ощутила неприятную пульсацию в горле.
– Так и есть. В этом особенность Тэсании. Кальгонцам очень повезло, когда планета приняла их и позволила иметь потомство.
Надежда и страх столкнулись одновременно. Горячие искры разбежались по всему телу, заставив вздрогнуть и отвернуться. Кажется, даже пальцы рук похолодели.
– То есть, если я не пройду адаптацию, то просто погибну здесь?– комок стал посреди горла и голос получился придушенным.
«Почему же мне никто об этом не сказал? Или именно поэтому мне ничего не сказали?!»
Сердце забилось так быстро и сильно, что я почувствовала, как задрожала грудная клетка.
– Это не совсем так, Кира,– смягчил тон Райэл, заметив мой испуг.– Я был неточен.
– Да уж! Уточните, пожалуйста, потому что это совсем меня не успокаивает!– нервно теребя пальцы, сказала я и быстро заморгала.
– У всех видов разный период жизни, несмотря на технологии. Но кто бы ни поселился на Тэсании, все теряют способность зачать потомство. Даже те, кто является нэйадами на своих планетах. У видов с продолжительностью жизни, равной нашей, возникают болезни, которые мы не можем излечить: биоэнергетика планеты не поддерживает, не подпитывает чужую.
– Вы сказали мне всё? Или есть еще что-то, что я должна знать?– напряженно выгнув спину и пытливо уставившись в его глаза, уточнила я.– Моя аллергия может вернуться?
– Вы можете не пугаться, Кира. Ваш организм поддается лечению на Тэсании, но мы пока не наблюдаем полного слияния с биоэнергетикой планеты,– ответил Райэл и, не успела я вздохнуть, ободряюще заметил:– И это закономерно: у вас еще не прошел адаптационный период.
Я опустила глаза и тяжело выдохнула. От напряжения в груди звенело.
– И сколько еще будет длиться адаптация, чтобы узнать, наконец, что меня ждет?
