За исключением неизвестных мне приспособлений и устройств, а также космического тэсанийского стиля в интерьере, Дом красоты не стал чем-то неожиданным. После дружелюбного приема у мастера образа, на сей раз очень приятной девушки, и довольно короткой процедуры стрижки, а затем оригинального плетения, я оказалась в своей гардеробной перед нелегким выбором вечернего туалета. В конце концов, я остановилась на двух вариантах, оба вызывали внутренний трепет от искусного исполнения и того, как сидели на мне. Но я была озабочена мыслью не вызвать слишком очевидного старания понравиться Марку и быть максимально естественной. Однако, взглянув на свою прическу, поняла, что уже перестаралась, а с проницательностью Марка и все остальное станет очевидным. И тогда я выбрала красное платье-колокольчик длиной до колен с ажурным кружевом на спине и кружевной нижней юбкой, выглядывающей из-под основной изысканным воланом. Это был мой дизайн на Тэсании. Всегда хотела такое платье от Валентина Юдашкина, но купить его было нереально. Здесь же девичьи мечты воплощались по щелчку пальцев.
Это было, наверное, самое высокое здание в Эйруке. По-крайней мере, так показалось, когда мы с Марком поднялись на крышу. Здесь располагался ресторан с небольшими уединенными зонами под открытым небом. Еще у входа в него я поняла, что свидетелей нашего с Марком общения не будет. Что-то подсказывало, что этот ресторан для уединения связанных отношениями тэсанийцев, где они могли бы насладиться общением за обедом или ужином, не прячась в своих жилищах.
Круглый стол, покрытый белой скатертью в пол, стоял посреди пустого маленького зала, огражденного от других стеной пышного зеленого вьюна. Друг напротив друга стояли два классических стула со спинкой и мягким круглым сиденьем. Но не отсутствие рядом чужих глаз и определенно уединенной обстановки этого места вызвало приятное удивление, а то, что стол был накрыт по всем правилам земного романтического свидания: свечи, бело-розовые цветы, белая посуда, серебристые приборы, даже матерчатые салфетки вместо влажных овальных и… фужеры на тонкой высокой ножке, как для вина (и где он только все это раздобыл?!).
– Какая красота!– восхищенно заметила я.– Ты заставляешь меня чувствовать себя дома!
– Я очень старался,– довольно выпрямляясь, ответил Марк и пригласил пройти к столу.
– Как это романтично и традиционно,– сладко улыбнулась я, нисколько не скрывая искреннего одобрения поступка мужчины.
– Я хотел, чтобы ты немного окунулась в привычную остановку и расслабилась. Ты тоже подготовилась, верно?– окидывая мое красное платье любующимся взглядом, проговорил Марк.– Эффектно!
– Благодарю,– с внутренним удовлетворением ответила я, отмечая и его безукоризненно подобранный костюм.– Благодарю и за то, что уделил время изучению земного романтизма XXI века,– продолжая счастливо улыбаться, сказала я, пересекая площадку с цельным прозрачным полом, где под слоем сайбуса разрослось какое-то растение, будто дикий плющ, и только поэтому ступать по нему было не так жутко.
Марк недоуменно сдвинул брови.
– Тэсанийские мужчины умеют ухаживать за женщинами.
– Теперь я не сомневаюсь. Но это так по-человечески,– кивнула я на стол, а затем задумчиво огляделась по сторонам.– Я думала, что у вас это происходит несколько иначе.
– Ты еще многого не знаешь,– интригующе подмигнул Марк и отодвинул для меня стул.
– Конечно, меня не спешат посвящать в такие тонкие материи,– с учащенным сердцебиением рассматривая пространство под ногами, иронично заметила я.– Чувства у вас под запретом. Для меня это нонсенс. Я, конечно, не сторонник проявления чересчур откровенных эмоций на публике, но такая сдержанность, граничащая с равнодушием, – это противоестественно.
– Кто сказал тебе, что эмоции под запретом?– усмехнулся Марк, подходя ближе и внимательно всматриваясь в мое лицо, а затем мягко коснулся моих пальцев и, слегка сжимая их, провел к стулу.
– Там вода?!– удивленно спросила я, задержавшись на месте и продолжая вглядываться сквозь прозрачный пол.
– Да, вода,– усмехнулся Марк.– А голубое сияние создают очищающие кристаллы.
– М-м, было бы странно, если бы под нами был жилой этаж,– засмеялась я.
Я присела и, аккуратно расправив подол платья, взглянула за полупрозрачное ажурное ограждение крыши. Вид сверху впечатлял! Я еще не бывала так высоко на открытой площадке. Наверное, это был какой-нибудь двухсотый этаж. Но воздух был мягкий, ни ветра, ни шума. Дух захватывало от волнующего смешения физических ощущений и эмоций. А затем оглянулась на Марка, он молчал все то время, что я заворожено рассматривала Эйрук, и не робея задержалась взглядом на его лице.
