Как происходил перевод с одного языка на другой, каким образом были устроены эти семантические связи у меня в мозгу и у них, я до сих пор не могла разобраться. В одном случае они прекрасно меня понимали, в другом – совершенно не имели понятия, о чем я толкую. Знала лишь одно: я понимаю их язык и говорю на нем. Исключение составляли некоторые названия, которые, видимо, никак не переводились на русский, как и любые имена собственные. Иногда их словосочетания, представляя собой нечто пафосное или старомодное, вызывали улыбку, но в целом недопонимания не было.
Конечно, проанализировать структуру их языка было невозможно. Я не слышала тэсанийцев с точки зрения иностранки, и не могла сказать, красив ли их язык или груб по звучанию. По тем немногим словам: именам, названиям городов или растений – с вероятностью в семьдесят процентов могла сказать лишь о том, что в них было много «э», и могла догадываться как о мягкости, так и о твердости в произношении, но сравнить с русским языком или каким-либо иным не имела возможности. Как можно было сравнивать русский с русским?
Вот и я абсолютно владела тэсанийским без сомнений и размышлений. Условно их язык был встроен в мой речевой центр, и сознание не отделяло его как чужеродный элемент, язык сплавился с моим сознанием и стал непроизвольным. И где я мыслила на русском, а где на тэсанийском – было загадкой.
В глубоких размышлениях, тянущих на уникальную докторскую диссертацию, я не заметила, как оказалась на этаже «Леэ» перед широким входом в просторный светлый зал. По обе стороны у входа стояло по колонне с теми же мыльными пузырями внутри. Пол у зала был странный: разделенный на квадратные клетки (редкое здесь явление), белый, но с прожилками, будто синие венки проглядывали сквозь светлую кожу. Впереди три круглых окна, как иллюминаторы, огромные, во всю высоту помещения, и с подоконниками, где можно было разместиться полулежа, словно в гамаке, и наблюдать за жизнью города. Справа большой овальный стол, а вокруг него полупрозрачные кресла с высокими спинками. Тут же на правой стене висела знакомая мультипанель, но более объемная, чем у меня в жилище. Слева находилось еще одно помещение, но двери были непроницаемы и закрыты. Свет, как и везде, струился из ниоткуда. Сферический потолок переливался, как звездное небо, маленькими точками, мерно вспыхивающими и так же гаснущими. В округлых углах зала с потолка, едва касаясь пола, свешивалась густая поросль цветущих лиан. Они-то и придавали всему помещению тепло и, вероятно, служили естественным освежителем воздуха.
– Кира, прошу,– ровным успокаивающим голосом, проговорил Гиэ, указывая рукой на одно из кресел,– проходи, присаживайся.
Киэра и Нэйя присели напротив. Нас разделяла широкая полупрозрачная столешница. Гиэ присел рядом справа, чуть отодвинув кресло на расстояние полуметра, а Райэл занял место во главе стола спиной ко входу.
– Доброе утро, Кира!– услышала я неожиданно знакомое приветствие, произнесенное с таким энтузиазмом, что удивленно оглянулась на вход.
– Вэлн, привет!– улыбнулась я, радостно встречая рубаху-парня.
Но он был не один.
Вместе с Вэлном в зал вошла невысокая, чуть ниже меня, девушка с очень выразительным лицом, и первое, что бросилось в глаза, – это ее длинные огненно-красные волосы, заплетенные набок в плотную толстую косу. Ее кожа была такой же светлой, как и у тэсанийцев, разве что на пару тонов темнее. Девушка была молодой, как и Киэра, наверное. Она выглядела в точности, как человек, но мне почему-то напомнила героиню мультфильма Покахонтас – индейскую девушку: стройную, миловидную, но ловкую и с внутренним стержнем. Треугольное лицо, высокие скулы, тонкая переносица, но широкие крылья носа, полные губы. Походка ее была хоть и легкой, но за этой изящностью скрывалась очень сильная натура. Это чувствовалось даже на расстоянии. Собранный взгляд темно-карих глаз из-под коротких красных ресниц, высоко поднятый подбородок, губы напряжены в учтивой улыбке, уверенный разворот плеч и гордая осанка. Одета она была в светло-бежевый брючный костюм, скрывающий все женственные формы, но сидящий, как влитой.
Вэлн исполнил жест приветствия для всех, прошел к столу и легко опустился в кресло слева от меня. Несмотря на свой огромный рост и крепкое телосложение его движения были удивительно гармоничны.
Красноволосая девушка подошла ко мне и беззвучно уверенно исполнила жест приветствия сиер только для меня. Уж она точно не сомневалась в моем статусе. Я привстала и тоже доброжелательно поприветствовала ее.
– Сиера Бикена Раи с планеты Шэктэрия,– представил Райэл девушку, указывая той на одно из кресел за столом.– Работает в департаменте уже пять лет. Когда-то она тоже имела статус потенциальной Тэсы.
Бикена Раи присела по левую руку от руководителя, неотрывно рассматривая меня. Вэлн шутливо подмигнул мне.
– Вэлн, прошу оставить традиционное земное приветствие для землян,– сухо произнес Райэл и кивнул ему в знак приветствия.
