– Вот, вот я с адвокатом Войцеховским встретилась. Никаких прорывов не предвидится, линию защиты он намерен строить на аффекте. Мол, повздорили военные, нервы не к чёрту после тяжёлого ранения, вот один и не сдержался. Ещё удалось выяснить, что Пивоваров не собирался употреблять алкоголь, с собой никаких бутылок не приносил. При нём имелась только папка с документами. Он их собрал, чтобы открыть приют для животных. Да ещё навестила хозяйку квартиры Неверову Анну Ивановну. Жильца она характеризует, как товарища далеко непорядочного. В первые месяцы арендную плату вносил, потом платить перестал. Неверова пожаловалась местному участковому. А тот, узнав, что мужик помилован после участия в СВО, решил с ним не связываться и хозяйке квартиры посоветовал разобраться с жильцом полюбовно. Неверова говорит, что сдала жильё после добротного ремонта с новой бытовой техникой, а сейчас после проживания Спесивцева придётся начинать всё сначала, на что денег уйдёт прорва! В вещах убитого нашёлся телефон, но никаких важных или подозрительных разговоров с него не зафиксировано.
– Какие планы дальше?
– Хочу встретиться с патологоанатомом, попытаюсь выпросить копию вскрытия, ну или хотя бы посмотреть. В РОВД к делу меня никто не пустит, так что надо действовать окольно. Ещё я взяла у хозяйки ключи от квартиры, вот хочу пригласить вас на экскурсию.
– Хорошо. Можем поехать прямо сейчас, – Трещёткин поднялся. – Только позвоню Марии.
– Даже не старайтесь. Её ищет подруга, Пивоварова её попросила приехать на рассмотрение дела, чтобы та поддержала, но сама не появилась. Я сегодня звонила несколько раз. Маша не отвечает. Петра из зала суда забрала мать.
– Надо начинать волноваться?
– Не думаю. Вероятно, окружили заботой свёкор со свекровью или в какой-нибудь частной клинике лежит на сохранении. Для успокоения совести можно связаться с Петром. Лучше поговорить с ним позднее сейчас он, вероятно, пузырится в ванной, потом начнёт уминать мамкины пирожки.
– Так не будем их беспокоить. Этой семье нужен покой, – Трещёткин снял с вешалки куртку и распахнул дверь. – Поехали!
До нужной улицы добрались быстро, несмотря на час пик. Консьержка покинула свой пост по какой-то нужде, и коллеги беспрепятственно добрались до квартиры. Светлана открыла двери и пропустила Трещёткина вперёд.
– Ух, какой запашок, – поморщился следователь. – С момента убийства по видимому здесь никто не появлялся и наводил порядок, – Александр щёлкнул выключателем, и мрачная прихожая появилась в неприглядном свете. – Глянь-ка, я думал, что уже никто не пользуется стационарными телефонами! – следователь снял трубку и прислушался. – И ведь работает! – он огляделся. – Да жилец был явно не из чистоплотных!
– В том всё и дело, если бы Неверова вычистила квартиру, то нам незачем было сюда приезжать. А так есть возможность на что-нибудь наткнуться.
– Ты недооцениваешь коллег из РОВД. Уж они бы не упустили значимых деталей. Мы с тобой здесь лишь для очистки совести.
– Я хорошо отношусь к сотрудникам РОВД. Однако меня смущает то, что Ведерников поверил в картину происходящего. Он считал все детали с поверхности. Н мой взгляд не всё так просто, а он увидел примитивную и буквальную картинку! Наверное, ему так проще!
– И откуда такие выводы?
– Несмотря на то, что Пётр прошёл СВО, и ему приходилось стрелять, он по натуре не убийца. Каким хладнокровием должен обладать человек, чтобы вот так просто проткнуть собутыльнику шею, потом надраться до бесчувствия и уснуть сном праведника.
– Почему ты считаешь Петра слабым? Ты же его никогда не видела, не встречалась, не разговаривала, – Трещёткина занимала беседа со стажёркой. Иногда она выдавала неожиданные, но жизнеспособные идеи. – В состоянии стресса человек способен на отчаянные поступки.
– Вы же знаете изречение Макиавелли, который утверждал, что короля делает свита. То есть от окружения зависит репутация личности и как следствие, отношение к человеку со стороны других незнакомых людей. Близкие Пивоварова характеризуют его как обладателя слабой, душевно ранимой натуры. Из таких отзывов и сложилась определённая характеристика. А у убийцы должны быть серьёзные мотивы.
Следователь уже слушал в пол уха, он, натянув резиновые перчатки, осматривал захламлённую комнату.
– Смотри, у Спесивцева даже гражданской одежды нет. Вообще ни одной приличной шмотки, – Александр повернулся к стажёрке. – Ну, что стоишь, руки опустила, как плети – иди, осмотри ванную комнату, потом перейдём на кухню к месту преступления.
В бессмысленных поисках коллеги потратили ещё около часа. Перейдя на кухню, Антипенко раздвинула шторы. Её замутило от вида крови, но Светлана быстро взяла себя в руки. Она внимательно осмотрела обеденный стол, пересчитала пустые бутылки и перешла к мойке.
– А я тебя предупреждал, что после сотрудников РОВД что-то найти дело пустое.