– Всем преступникам я предлагаю этот выбор. И все предпочитают виселицу.
– Так что там за воротами? – гнул свою линию мужик. – Поведайте! Я всё равно уже не смогу никому ничего рассказать!
Царь подумал немного и заговорил:
– А нет никаких «ворот». Если бы ты выбрал их, я отпустил бы тебя на свободу. Никто не пошёл к воротам, все выбирали казнь. Люди боятся неизвестности! Свобода выбора значит то, что ты несёшь ответственность за свой выбор! Без страха сделать шаг в неизвестность, значит взять ответственность за своё будущее. А народ боится неизвестности и выбирает тюрьму или виселицу!
Александра тяжело вздохнула.
– Ты сильная девушка Света. Приняла решение сразу за двоих. А сын лишь пассивно согласился. Он совсем не боец!
– Он не маленький мальчик. Вовка взрослый мужчина. И мы навсегда останемся близкими людьми! Просто свадьбы не будет, и мы уже не живём вместе. Я вернулась в родительскую квартиру. Вы хотите понять то, в чём мы сами ещё не разобрались! Простите. Мне надо идти на работу. И да за свой выбор только я несу ответственность! Я не хочу чтобы брак превратился в тюрьму, а хуже того в крюк для виселицы!
После разговора Светлана попрощалась со свекровью, которая так ею не стала. Она ещё раз извинилась и отправилась в сторону районного следственного комитета, но на крыльцо не поднялась. Она обошла здание вокруг несколько раз и собралась с мыслями. Остановившись неподалёку, стажёрка закинула голову и посмотрела на светящиеся окна кабинета следователя Трещёткина.
– У меня две новости, – Антипенко расположилась за столом напротив следователя. – С какой начинать?
– А есть выбор между хорошей и плохой новостями?
– Наверное, нет. Обе просто меняют дело, а хорошая это информация или не очень судить вам.
– Так не томи!
– Я была в морге и держала в руках протоколы вскрытия тела Спесивцева. Дело в том, что патологоанатом произвёл процедуру почти через три дня после кончины солдата. В тот день на районе случилось убийство нескольких человек в ресторане «Роза ветров» – слышали, наверное. Начальство приказало сначала заняться телами убитых в ресторане, а уже потом вернуться к Спесивцеву.
– Слышал про такое ЧП. Вроде расстреляли какую-то компанию из высокопоставленных чиновников. Представляю, что следствие на ушах стояло! По горячим следам пытались найти киллера, – Александр потёр шершавый подбородок. – А в деле смерти Спесивцева никого искать не надо было. Пивоваров готовенький сидел с ножом за столом, и даже протезы снял, чтобы не убежать.
– Вот именно! И в протоколах нет ни одной зацепки. Если отравление или усыпление барбитуратами имело место быть, то через три дня доктор ничего не нашёл! А вы бутылку из-под водки «Чистые росы» отдали в лабораторию на экспертизу?
– Отдал. Только какой смысл! Допустим, что отравление случилось, в чём я сомневаюсь, то остатки состава испарились из организма покойника! Значит и в пустой бутылке искать, резона нет! Прошло много времени.
– А вы всё же уточните! – гнула свою линию стажёрка.
– Ну, хорошо! Ведь не отстанешь же! – Трещёткин поднялся. – Посиди здесь.
Александр Алексеевич вернулся через пару минут.
– Как я и предполагал, никаких барбитуратов эксперты в бутылке не обнаружили, – следователь неожиданно поднял палец. – Но! В пробке они нашли след от прокола.
– Я же говорила!
Светлана подскочила от возбуждения, но Трещёткин охладил её пыл:
– Только это нам ничего не даёт!
– Как не даёт? – Антипенко вскинула брови. – Даёт, ещё как даёт! Уверенность в том, что мы идём по правильному пути!
– Ладно, угомонись, потом решим, как пришпилить этот факт к расследованию. Помнится, ты хвасталась, что есть ещё одна новость?
– Для этого присаживайтесь удобнее. Рассказ будет долгим и непростым!
– Заинтриговала!
– У гражданина Спесивцева богатое криминальное прошлое. Начну сначала. Родился он в деревне Долматово в Тульской области. Как-то ночью их дом сгорел, спасаясь все выбежали, в чём спали. Позднее семья переехала в город Королёв. Родители устроились на завод, и от профсоюза получили комнату в общежитии. Работали ни шатко – ни валко, сильно выпивали. В девяностые завод закрыли, и постепенно общага превратилась в бомжатник и пристанище для наркоманов.
– Постой, от кого ты успела выяснить такие подробности?
– Из материалов дела. Сначала Спесивцев попал на зону по малолетке, вот в протоколах и остались его откровения о том, как он скатился до преступления.
– Вроде того, что не он виноват, а жизнь заставила!