– И всё же, давай по порядку! – несмотря на латентную любовь к бутылочке, которая ждала в столе, любовь к медицине победила. Петрович, казалось, не замечал того, что по ходу разговора уже притоптывал ногами. – Существует несколько степеней воздействия. Ультракороткую степень мы рассматривать не станем, потому что пациент погружается в сон при помощи инъекции. Как я уж говорил, на теле Спесивцева следов от укола я не обнаружил. Ещё одно воздействие несёт в себе длительный эффект. Этот случай мы тоже отметаем, потому что препараты имеют более пролонгированный срок действия и их можно обнаружить в моче до семи дней включительно. Покойник тоже в этом смысле чист.
– Есть ещё одна степень воздействия? Я правильно понимаю доктор?
– Да. И если твоя гипотеза верна, то я вполне мог упустить следы медикаментов. Существует короткая и средняя степень воздействия. Барбитураты этой группы применяются в качестве снотворного. Оборот таких лекарств ограничен, потому что передозировка может привести к остановке дыхания. Кстати одним из таких препаратов воспользовалась для самоубийства Лилия Брик – возлюбленная Владимира Маяковского. Действие лекарства начинается через пятнадцать-сорок минут после приёма. Из организма такие вещества выходят в течение двух-трёх суток, – доктор замолк, соображая, потом начал рассуждать, словно про себя. – Если предположить, что каким-то образом барбитурат попал в организм Спесивцева, то это была незначительная доза, рассчитанная на кратковременный эффект. Ни в крови, ни в моче никаких подозрительных веществ я не нашёл! И не мог ничего найти, потому что период вывода краткосрочных барбитуратов из крови составляет от девятнадцати до тридцати часов.
– Конечно, не могли ничего обнаружить, потому что прошло около трёх суток! – язвительно вставила Светлана. – Вы медик с огромным стажем разве могли допустить ошибку? Или всё-таки что-то упустили?
Патологоанатом поджал губы и развёл руками, мол, что я мог поделать в той ситуации? Свою задачу я выполнил! Антипенко поднялась и сравнялась ростом с высоким, но слегка сутулым доктором.
– Итак, подведём итоги: собутыльники могли употребить вместе с водкой какой-нибудь препарат и отключиться? – Светлана уставилась на Петровича, тот слегка пожал плечами и как-то нехотя кивнул. – В квартиру проникает кто-то третий, убивает одного, второму вкладывает в руку нож и удаляется. Как вы думаете, такая картина вероятна?
– Построение предположений и версий не моя работа. Патологическая анатомия это научно-прикладная дисциплина, изучающая патологические процессы и болезни с помощью научного исследования. Я оперирую точными данными, а фантазии больше по вашей части!
Светлана почувствовала, что Петрович рассердился. Она так и не поняла, то ли он досадовал на себя из-за допущенной оплошности, то ли на неё – молодую стажёрку, которая осмелилась намекнуть на неполное служебное соответствие, то ли утомила долгая разлука с вожделенным напитком. Она попыталась загладить свою дерзость. Хоть попытка и оказалась неказистой, но была принята доктором благосклонно.
– Спасибо Петрович. В следующий раз принесу коньяк как минимум три звезды!
Она примирительно махнула рукой и проводила доктора взглядом, который кивком ответил на неловкое извинение и прытко скрылся за дверями морга. Светлана решила не возвращаться на службу. Трещёткин подумает, что она в РОВД, а Ведерников решит, что стажёрка в СК. Вот такая затейливая судьба у слуги двух господ! Антипенко нырнула в подземный переход, мурлыча себе под нос весёлую песенку из кинофильма «Труффальдино из Бергамо» по пьесе Карло Гольдони «Слуга двух господ»:
– А я такой, а я упрямый! Я Труффальдино из Бергамо!
Она почти закончила собирать чемодан, как хлопнула входная дверь. Света хотела уйти по-английски без драматических объяснений, а разговор оставить на тот момент, когда острота момента спадёт и страсти улягутся.
– Видно уйти по-тихому не получится, – прошептала одними губами Света. Она застегнула молнию на чемодане, стянула его с кровати, шагнула к зеркалу и вгляделась в своё отражение. – Не дрейфь! Лучше это сделать сейчас!
– Света ты дома?
Голос Владимира приближался к спальне. Он заглянул в проём двери и радостно улыбнулся.
– Ты рано сегодня! Может, поужинаем где-нибудь? – Сёмушкин подхватил девушку, оторвал от пола и понёс в сторону прихожей, но тут его взгляд упал на чемодан. – Что это? – радость слетела с его лица, он ослабил руки. Светлана нащупала ногами пол и легко отстранилась. – Почему ты молчишь? – Владимир искоса глянул на девушку и поднял указательный палец. – Скажи мне это не то, что я думаю?
Света наклонила голову и пальцем потёрла за ухом. Она мучительно подбирала слова.