– Понятия не имею! Говорит, мол, своих источников не выдаю! Да тут и так ясно – трясут всех, кто может быть причастен к коррупционным схемам. Я далека от такой математики и то могу посчитать, сколько надо работать генералу с зарплатой в сто двадцать тысяч рублей в месяц, чтобы приобрести дом за четыреста пятьдесят миллионов!
– Ладно, не болтай! – свекровь вяло пыталась остановить словесный поток сестры.
– А что не болтай! С кем ещё ты можешь поговорить! С подружками своими, которые тут же начнут судачить у тебя за спиной! Ты бы лучше подумала, куда деньги пристроить!
– И с зарубежными счетами надо что-то делать, – обречённо отозвалась Евгения Сергеевна.
– Так вы и за границу вывозили? – удивилась сестра.
– Деньги вложены в Английский банк в Лондоне, там же и квартира осталась, – Маша услышала, как свекровь горестно вздохнула. – Все счета заморожены, а недвижимость конфискована властями Великобритании.
– Ты понимаешь, что и здесь вы рискуете всё потерять! Твой генерал сможет объяснить происхождение денег? Нет! – сама себе ответила сестра. – Значит, надо средства вложить в какое-нибудь предприятие, активы записать на родственников, а жить на дивиденды.
– Уж, не на тебя ли?
– Почему нет! Я надёжнее, чем ваши хвалёные английские банки! И куда я денусь с подводной лодки? Границы почти со всех сторон закрыты, российская банковская система функционирует только в небольшом перечне стран! Да и генеральская зарплата пропасть с голоду не даст! Хотя, вы уже развратились излишествами и теперь тебе, сестрёнка, будет не просто без парижских бутиков!
– Обойдусь без новых тряпок, старые бы сносить! – с обидой в голосе пробурчала Евгения Сергеевна. – А деньгами пусть Анатолий занимается. Задумает на вас оформить, пусть оформляет. Я в этом ничего не понимаю! Да и сейчас вроде всё наладилось. Возня антикоррупционного комитета в сторону Анатолия затихла. Ещё история с Петром очень помогла поднять имидж мужа. В наше время не каждый генерал решиться отправить своего сына на передовую, а тут из каждого утюга репортажи о героической семье Пивоваровых!
– Ты уж больно спокойная сестрёнка! Ведь не на прогулку сына отправила!
– Анатолий позаботился о безопасной службе Пети. Ничего, просидит положенный срок в конторе за компьютером и вернётся!
– Петруша даёт о себе знать? Звонит?
– Звонит, – свекровь снова вздохнула. – Только от него ничего не добьёшься! Всё хорошо! Не волнуйся мама!
– Ну, а со снохой как?
Рассказы о снохе, Мария дослушивать не стала. Она сняла тапки, снова обула туфли, взяла сумочку и, тихо прикрыв дверь, вышла из квартиры. Маша долго и бесцельно бродила по городу, потом, гуляя по парку, в забегаловке купила кофе и бутерброд с горячей сосиской, спустилась к озеру и устроилась на скамейке. В её голове никак не укладывалась мысль о том, что можно пожертвовать своим сыном, спасая капиталы! Неужели это равнозначные вещи? Если бы пришла повестка, Пётр не стал бы скрываться, а собрав рюкзак, отправился на общих основаниях в зону СВО. Она бы плакала, причитала и отпустила с богом! Они бы выпили на кухне и спели песню:
«Последний нонешний денёчек,
Встречаюсь с вами я, друзья.
А завтра рано, чуть светочек,
Заплачет вся моя родня!»
Плакала – рыдала, но так было бы честнее! Маша так и не притронулась к бутерброду – хлеб скормила уткам, а сосиску выпросила местная собака. Уже начало темнеть, когда Пивоварова отправилась домой. Он твёрдо решила для себя, что в квартире ночует последнюю ночь, завтра возьмёт отгул, перевезёт вещи сначала в гостиницу, а потом найдёт какой-нибудь вариант с квартирой. Уже возле дома она услышала трель звонка.
– Да слушаю.
Маша ответила, даже не глянув на номер, и услышала голос Елены Петровны – управляющей из банка «Привольный»:
– Мария добрый вечер. Если тебе ещё нужна квартира, ты можешь заселиться. Адрес сброшу не СМС. По цене сама договоришься. Там вроде всё нормально. Хозяева уехали, а присматривать назначили соседку. Но та имеет все полномочия. Нужна именно такая, как ты – без детей, без животных, платёжеспособная и не разгульная.
– Вы не представляете, как выручили меня! Спасибо!
– Не благодари. Завтра занимайся переездом, я отгул тебе оформлю сама. Заявление напишешь задним числом.
Мария закусила губу с мыслями о том, какие размеры наглости проглотит Елена Петровна и выпалила:
– Мне бы ещё Иру Пермякову в помощь? – в голосе звучал и вопрос и утверждение. – Одной как-то несподручно тюки таскать.
– Ладно, гулять, так гулять! Отпускаю обеих. Потом отработаете!
Пивоварова открыла рот, чтобы рассыпаться в благодарностях, но начальница уже отключилась. Она сразу позвонила подруге и, попросив о помощи, предупредила, что вопросы с отгулом с управляющей уже решила. В прихожей всё ещё пахло пережаренным луком, и в гостиной работал телевизор. Свекровь сидела в кресле, уставившись в экран. Евгения Сергеевна уловила звуки из прихожей и, не поворачивая головы, встретила сноху словами:
– Что-то ты поздно сегодня Мария. Мы поужинали уже. Сама найдёшь, что перекусить?