– Здесь хорошие повара, – Мария не хотела поддерживать пустую беседу, и, глянув на часы в телефоне, подтолкнула стажёрку к делу. – Так о чём вы хотели спросить?
– Вы знаете, что ваш дед швед? – выпалила Светлана.
– В смысле? – Мария тряхнула волосами и улыбнулась такой нелепости. – Поясните!
– Ваша бабушка Зелиховская Алевтина Борисовна родила вашего отца от Стефана Карлсона, – Антипенко наблюдая за собеседницей, поняла, что та ни сном, ни духом не знает историю семьи. – Он гражданин Швеции.
Повисла пауза. Мария вместе с обедом переваривала информацию, потом, прищурившись, посмотрела на сотрудницу следственного комитета.
– А вы точно про мою бабушку говорите?
– Ну, если Зелиховская Алевтина Борисовна приходилась вам бабушкой, то точно!
Повисла недолгая пауза. Неожиданно Мария сорвалась с места и скорым шагом отправилась в сторону гардероба. Светлана в недоумении проводила её взглядом, потом подозвала официанта и попросила принести счёт.
– За вашу подругу вы тоже рассчитаетесь? – молодой паренёк вырвал второй исписанный листок из блокнота.
– Давайте сюда, – Антипенко кивнула, увидев на спинке стула ремешок от сумки Пивоваровой. – Она сейчас вернётся.
Минут через пять бледная Мария села на место и, взяв со стола салфетку, промокнула испарину со лба со словами:
– Не надо было брать рыбу.
– Вам плохо? – встревожилась Светлана. – Вроде нормальная рыба, я заказывала то же самое.
– Токсикоз, – махнула рукой Пивоварова. – Всё время хочется две вещи – есть, и обнимать унитаз. Не обращайте внимание. Так что там с бабушкой? Вы говорите, что мой дед швед? В первый раз слышу об этом факте. Отец, скорее всего, знал, но родители умерли, когда мне было всего десять лет. А бабуля, наверное, ждала, когда я вырасту, потом мне пришлось жить в интернате, тоже времени для откровений не нашлось. А может бабушка считала не особенно важной эту информацию, – Маша внимательно посмотрела на девушку. – Вы как-то связываете убийство мужчины в парке с давнишним событием?
– Пока у нас нет других зацепок, потому что мужчина, который хотел встретиться с вами, говорил с явным акцентом.
– Так вы до сих пор не знаете, кто он?
– Всему своё время, – уклончиво ответила стажёрка. – Можете напомнить тот день и те места, где вы были, когда пропал телефон? Все записи у Трещёткина, а его пока нет в городе. Я хотела проверить кое-что.
Зазвонил телефон, Мария, порывшись в сумочке, вынула аппарат, подключилась, потом быстро произнесла:
– Дайте свои координаты, я сброшу СМС, – и тут же прижала трубку к уху. – Да я вас слушаю.
– Здравствуйте Мария. Вас беспокоит Егор Петрович муж сестры Пивоваровой Евгении Сергеевны.
– Да, да я вас слушаю, – Маша воссоздала в памяти аромат удушающего одеколона и улыбнулась про себя, вспомнив, как Пивоваров старший на дне рождении мужа назвал родственника знатным сплетником. – Что-то случилось?
– Мария это, конечно, не моё дело, но считаю, что вы должны знать, – мужчина замолчал на секунду, потом продолжил, подбирая слова. – Я не совсем согласен с позицией семьи генерала…
– Да не томите Егор Петрович! – Маша встревожилась, она прижала трубку плечом к уху, вынула из сумочки кошелёк и положила на стол несколько купюр, подхватила салфетку с номером телефона Светланы и поднялась.
– Пётр вернулся в Москву.
– Правда? – обрадовалась женщина и неожиданно рассердилась. – И почему вы сообщаете мне об этом, а не сам Пётр и не его родители? – она автоматически махнула рукой Светлане и, натягивая на ходу куртку, направилась к выходу, почти переходя на бег.
– Потому что Пётр сейчас находится в госпитале имени Бурденко!
– Что с ним случилось? – у Маши подкосились ноги, она остановилась на секунду. – Он жив?
– Если в больнице, значит жив.
– Да что же я из вас достаю всё клещами!
– Поезжайте в госпиталь, сами всё узнаете!
Пивоварова не чуяла ног и как ловила такси, как выясняла номер палаты и как летела по коридору, преследуемая медсестрой, которая пыталась накинуть на неё халат, совсем не помнила. В светлой комнате неожиданно остановилась и, увидев на кровати родное лицо, бессильно прислонилась к косяку.
– Петя, – выдохнула Мария, подошла и села на край, не обращая внимания на свекровь, которая стояла у окна и теребила носовой платок. Быстрым взглядом женщина осмотрела тело мужа. Руки лежали поверх простыни, грудная клетка без бинтов, видны очертания ног. – Наконец ты дома! – она погладила мужа по щеке и прижалась губами к тёплой руке. Пётр неожиданно отвернул лицо к стене. – Что? – она взглянула на Евгению Сергеевну.
– Пойдём в коридор. Петру нужно отдохнуть, – свекровь направилась к двери, Мария потянулась следом совершенно сбитая с толку.
– Понимаешь дорогая, – свекровь прикрыла дверь и заговорила сдавленным голосом. – Так случилось, что Пётр наступил на взрывное устройство и получил ранения.
– Какие ранения?
– Он лишился стоп, – Евгения Сергеевна прижала платок к лицу и всхлипнула. – Но всё будет хорошо, Петя поправиться! Так доктора говорят!
– Что вы такое несёте? Как у вас так всё просто! Сын потерял ноги по щиколотку, но хорошо, что не в гробу! Это вы хотели сказать?