– О, да конечно! – спохватился Стефан. – Второй фактор вытекает из первого. Если Мария откажется проживать в Швеции, то ничего не получит. Такова сегодняшняя политическая обстановка. На данный момент финансовая система России отрезана от внешнего мира. Даже если внучка вступит в наследство здесь, то тратить деньги сможет где угодно, только не в России. Я изучил вопрос со специалистами, но обойти санкции не получится. Можно выводить наличными, но у шведского банка возникнут вопросы, и все счета могут быть заблокированы в одностороннем порядке.
– Получается два варианта или я благополучно живу здесь, или возвращаюсь в Москву без наследства? – Мария набрала воздуха и поднялась. – Я услышала тебя дед и благодарна за честность и великодушие, хочу ответить немедленно. Я узнала о существовании заграничных родственников совсем недавно и этого уже достаточно, чтобы быть счастливой! До этого я жила трудно, но вышла замуж за прекрасного человека и жду от него ребёнка. Я счастлива, что теперь у меня есть ещё и вы! Деньги конечно хорошо, но разве хоть что-то сравнится с чувством материнства, а я желаю, чтобы мой ребёнок говорил на русском языке! Разве можно посчитать любовь? Мой муж вернулся из зоны СВО без стоп. Он подорвался на мине и сейчас находится в реабилитационном центре. Как я его инвалида брошу? На кого я оставлю могилы родителей и бабушки? Я вас полюбила и счастлива от осознания того, что у меня есть такие родственники, но жить с вами не смогу. Моя родина Россия, как бы пафосно это не звучало!
Повисла пауза. Мария опустилась на стул взяла стакан с водой и залпом выпила.
– Своё решение по наследству я менять не стану, документы уже подписаны и находятся у нотариуса, – Карлсон грустно улыбнулся. – Ты сможешь тратить деньги в Европе, Америке и где угодно! Я открою на тебя именной счёт.
– Я смогу до отъезда купить протезы для мужа?
– Не уверен, – подал голос Стивен. – Туфли из магазина нужно примерять, а с протезами проблем больше.
– Стивен прав, – заговорила его жена Элизабет. – Я по профессии доктор и мне часто приходилось сталкиваться с этим вопросом. На подбор протезов влияет много факторов, например – способ жизни, активность, возраст, рост, вес, уровень, на котором была совершена ампутация и, в конце концов, условия в которых проживает больной.
– Может, ты уговоришь мужа переехать вместе с тобой? – старик ещё тешил себя надеждой. – Жить будете в моём доме, он получит медицинский уход!
– А сейчас я не уверена, что шведское посольство откроет визу для участника СВО, а тем более позволит ему легализоваться в стране. Извини меня дед, но я не могу остаться. Обещаю одно – если родится девочка, то назову её Стефания, а если сын, то обязательно Стефан.
Глава 11
– Привет, – Светлана накручивала на палец кромку трикотажной майки. Она чувствовала себя виноватой и немного волновалась. Антипенко выпросила у Трещёткина пару выходных дней. Ей надо было решить кое-какие вопросы в Университете, да и просто отдохнуть. Света сидела на балконе, наслаждаясь тёплыми деньками уходящего бабьего лета. Отец снова укатил в командировку, и ей не хотелось проводить вечер одной в пустой квартире.
– Привет, – ответил Сёмушкин и тут же спросил. – Как дела?
– Средней паршивости, – девушка помолчала. – Ты обиделся? Давно не звонил!
– Не хотел тебе мешать. Твой шеф Трещёктин вернулся?
– Давно, но без результатов.
– Ты нашла место, где жил адвокат?
– Нет. Александр Алексеевич уже положил дело на полку, наверное, скоро сдаст в архив под грифом «висяк». Потому что даже мыслей нет, в каком направлении двигаться!
– А у меня такие мысли есть! Если хочешь, приезжай, думаю смогу тебя удивить!
– Может ты ко мне? – отца дома нет, могу приготовить какие-нибудь полуфабрикаты или сходим в кафешку здесь неподалёку.
– Нет, – категорически отказался Владимир. – Как раз ты заинтересованное лицо, а не я!
– Ну, хорошо, – спрятала улыбку в кулачке. – Надеюсь, твоя информация стоит того!
– Даже не сомневайся!
Светлана ехала в метро в приподнятом настроении, она сама не понимала, что её радует больше – новости по делу убийства шведского адвоката или то, что она наладила отношения с Сёмушкиным. Вероятно и то, и другое вместе. Владимир с порога потащил Светлану в комнату.
– Пойдём, покажу кое-что!
– Подожди, я сниму кроссовки, – Антипенко трясла по очереди ступнями, на ходу скидывая обувь, развязывая шарф и расстёгивая молнию на куртке.
– Вот смотри, – Сёмушкин усадил девушку перед компьютером, потом придвинул стул и сел рядом. – Я прикинул, что адвокаты люди публичные. От их популярности зависят гонорары. Я ради интереса забил в поисковик имя Харальда Берзиньша на латинице и сразу всплыл сайт адвокатской конторы «Берзиньш и компания» город Мальмё.
Владимир нажал на клавишу, и на экране появилась первая страница сайта на шведском языке, а в углу Антипенко увидела фотографию знакомого лица.
– Надо же улыбается, симпатичный дядечка! Смерть меняет внешность капитально! – воскликнула девушка.
– А я как раз воспринимаю его таким задорным, весёлым, а мёртвым не представляю!