– Вы знаете, почему Фред сменил имя на Форрест? Он не очень хотел разглашать связь между вами двумя…
– Видимо, хотел избежать ассоциации со мной на всю оставшуюся жизнь.
– Можете рассказать нам о ваших отношениях? – спросила Кейт.
– У нас не было никаких
– Простите. О вашей дружбе.
– Мы вместе выросли. Здесь. Форрест… Фред жил тут с мамой этажом выше.
– Его мама по-прежнему живет здесь?
– Нет, она умерла, когда я был в тюрьме. Я подавал заявку, чтобы меня отпустили на похороны, но мне отказали.
– Вы не против, если я буду делать заметки? – спросил Тристан.
– На здоровье. Мне скрывать нечего.
Тристан достал блокнот и ручку, открыл чистую страницу. Роберт уставился на нее, повисла долгая пауза.
– Я так, на всякий случай.
Роберт помедлил и кивнул. На улице темнело, и опустился густой туман, но Роберт не включил свет. Во дворе загорелись фонари.
– Вы с Форрестом дружили еще с одним парнем, Роландом Хакером. Вы по-прежнему с ним общаетесь?
– Нет.
– Где он жил?
– В соседнем дворе, в том доме, где Стэнли Коэн.
– А сейчас где живет?
– Понятия не имею. Роланд исчез. Просто пропал без вести, пока я сидел. Даже его родители умерли, так и не узнав, где он. Больше никого у него не было.
– Вы не пытались выяснить, жив ли он еще? – спросила Кейт.
Роберт пожал плечами.
– В девяносто седьмом, когда меня оправдали, я пытался его найти. Но не смог. Его нет онлайн. Нет в соцсетях.
– Может быть, он тоже сменил имя, как Форрест? – предположил Тристан.
– Если и да, то никому не сообщил.
– Вы трое были близкими друзьями, да?
– Да, хорошими.
Кейт показала ему статью с фотографией, где Роберт, Форрест и Роланд стояли возле фрески, нарисованной распылителем. Роберт взял у нее газету.
– Вот он, сигнал из прошлого. – Он вздохнул, потер лицо. – Боже. Если бы я тогда знал.
– О чем?
– Это фото сделано за несколько месяцев до того, как пропала Джейни Маклин и все рухнуло.
– Можете рассказать нам, что произошло в ту ночь, когда пропала Джейни Маклин?
Роберт положил фотографию на маленькую стопку фотокопий на столе, откинулся назад, сложил пальцы домиком, опустил на них подбородок.
– Мне тогда было семнадцать. Я часто видел Джейни. Обычно по пятницам, когда ее мамаша, Дорин, отправляла ее в «Рейнольдс» за сигаретами. Парой недель ранее Джейни потеряла там шарф, и я нашел его под прилавком. Я знал, что увижу ее снова, поэтому отнес его в свой фургон и забыл о нем. На следующей неделе она вновь пришла за сигаретами. Сильно мело, так что я предложил подвезти ее до «Кувшина». На льду мне пришлось затормозить, ее отбросило вперед, она ударилась головой… Шарф я ей вернул, она вытерла им кровь. Рана была небольшая. Я повез ее в кафе неподалеку, «Карлуччи». Оно до сих пор работает. Джейни замерзла и проголодалась. Я купил ей картошки, а потом отвез в «Кувшин». Все это заняло минут пятнадцать, может быть двадцать. Никак не больше. Шарф она снова забыла. Вот так он у меня и оказался.
– Вы помните, во сколько высадили ее у «Кувшина»? – спросила Кейт.
– Смутно. Это было тридцать лет назад. «Рейнольдс» по будням закрывался в шесть, так что, полагаю, я высадил ее у «Кувшина» где-то около половины седьмого.
– Вы видели, как она туда заходила?
– Я высадил ее у входа. Помню, как оглянулся в зеркало заднего вида и увидел ее у двери паба.
– В статье указано, что две недели спустя полиция нашла ее шарф у вас в спальне, – сказал Тристан.
– Да, как я и сказал, она оставила его в фургоне, когда мы пошли в кафе, а потом снова забыла. Я сунул его в рюкзак, чтобы ей вернуть.
Жаль, подумала Кейт, что в полицейских отчетах нет никаких подробностей того вечера.
– Тогда вы видели Джейни последний раз? – уточнила она.
– Да. Я накормил ее, дал погреться в фургоне. И привез в «Кувшин». Вот и все. Я ее и пальцем не тронул.
– Думаете, ее похитили по дороге в паб? – спросил Тристан.
– Это был вечер пятницы. В «Кувшин» стекались толпы со всего Кингс-Кросс, чтобы пропустить стаканчик перед поездом. Дорога была оживленной – помню, что за мной ехало много машин. Разве вы сами не думаете, что в тот вечер ее в пабе или около него подобрал Питер Конуэй?
Кейт посмотрела на Тристана.
– Его видели в «Кувшине» в компании несовершеннолетних девушек за несколько недель до того, как пропала Джейни, – сказал Тристан.
– И разве это не в духе Каннибала из Девяти Вязов? Он похищал девушек. И избавлялся от тел. – Роберт развел руками, как бы говоря: ну вот вам и ответ.
– Что вы делали после того, как высадили Джейни? – спросила Кейт.
– Кое-какую работу для молодежного клуба, – ответил он, указывая на фото с фреской. – У нас было несколько проектов, которые я должен был собрать и отвезти на, э-э, склад.
– Вечером двадцать третьего декабря?
– Да. Вот зачем мне нужен был фургон. Я много чего делал для того клуба: и мебель перевозил, и бильярдные столы, и помогал с некоторыми проектами. Мы по большей части занимались искусством.
– Тем вечером вам кто-нибудь помогал?
