– Доброе утро! – сказал Жан.
– Доброе! Я уж думал ты сегодня весь день проспишь!
– Видно устал за вчерашний день.
– Я так и понял! Я запретил тебя будить! А поверь мне, желающие были!
– Да уж…
– Ну что, друг, подумал о моем вчерашнем предложение?
– Предложение… – Жан почесал затылок, пытаясь вспомнить вчерашний день. – А! – воскликнул он, – еще нет! Пока, еще не решил. А что здесь происходит?!
– После вчерашнего мы решили собраться мужиками и найти логово этих проклятых скорпионов. Отправимся туда, где они вчера напали на дочку Иисуфа, – Алехандро сплюнул на землю. – Нет уже сил, терпеть этих чудовищ!
Жан посмотрел на всадников и увидел среди них Иисуфа, смотрящего вдаль.
– Нам пора идти, друг мой! – сказал Алехандро. – Вернемся мы нескоро. Надеюсь, я вернусь живой! А иначе, тебе придется вытаскивать меня с того света! – Алехандро улыбнулся. – Подумай хорошенько о моем предложении! Я буду рад, Жан, если ты согласишься!
– Я обязательно подумаю, – ответил Жан. – Удачи тебе, Алехандро!
– И тебе, Жан!
Алехандро дал шенкеля коню и умчался вперед. Один из всадников громко свистнул, и они все поскакалт вслед за Алехандро. Жители и вместе с ними Жан молча смотрели им вслед. Через пару минут все вернулись к своим делам. А Жан отправился к колодцу.
Умывшись и поев, Жан отправился на осмотр своих вчерашних пациентов. Он прошелся лишь по некоторым жителем, а под конец проверил состояние мальчика Тура. К счастью, он пережил эту ночь. Он спал, мальчик был ослаблен, наверное, в таком состояние он пролежит еще неделю, а может и пару недель. Но он был живой, и этот факт радовал Жана. Совершив обход, Жан набрал овощей и фруктов и отправился в конюшню, навестить свою верную кобылу.
– Как ты, детка моя? – Жан почесывал свою кобылу за ухом, а та отвечала ему радостным ржанием.
Жан достал морковку и протянул ее кобыле.
– Ешь, Лихорадка. Пируй, пока есть.
Лошадь ела прямо с его руки. А Жан смотрел на нее и улыбался.
– Почему такое странное имя для коня? – послышался голос за спиной Жана.
Он обернулся и увидел Джека.
– Это кобыла, а не конь.
– Ну, ладно. Имя то все равно странное. Вы сами её так назвали?
– Да, я дал ей такое имя. Это целая история, Джек! – Жан улыбнулся
– Наверное, она очень интересная?
– Не совсем, хотя может я не прав, – Жан посмотрел на Джека, – наверное, ты хочешь, чтобы я её рассказал?
– Был бы не против.
– Ну ладно! Однажды, когда я странствовал по северу пустоши, я оказался в плену у местных кочевников…
– В плену! У кочевников! Как же они не содрали с вас кожу живьем?! – перебил его Джек.
– Ну, на самом деле, они не такие жестокие, как о них говорят. Хотя, я видел, как они сдирают кожу. Но история не об этом! Так вот, лошадей этих кочевников поразила лошадиная лихорадка…
– Ого! И тут появляетесь вы!
– Да, тут появляюсь я. Животных я обычно не лечу. Но иногда случается, что занимаюсь ими. В тот раз я был в плену и меня заставили их вылечить, иначе мне бы содрали кожу, – Жан провел большим пальцем по горлу. – Ну так вот, как лечить этих бедных лошадей, я не знал. Но я решил использовать, то же снадобье что используют для лечения людей от лихорадки. Но в нем есть одна проблема!
– Какая же?
– Один из ингредиентов – это ядовитая трава, растущая на морском побережье. И если не подрасчитать её количество, то лекарство превращается в яд. Соотношение для людей я знал, но для лошадей – нет! Лекарство нужно было опробовать, и тогда выбрали самую больную лошадь, которую было не жалко. Эта была страшного вида, полуживая кляча. Кочевники говорили, что она и раньше была больной – потомство она дать так и не смогла. На ней я опробовал свое снадобье. К счастью, я подобрал верное соотношение и лошадь не умерла и, что удивительно, она пошла на поправку. А значит, лекарство сработала! Так я спас целое стадо. Кочевники же меня за такую услугу освободили: дали мне лошадь, меч и лук – все то, что для них является символами свободного человека. А лошадь, которую они мне дали, оказалась той самой умирающей кобылой, на которой я испытывал свое снадобье. Первую кого я вылечил! – Жан повернулся к лошади и почесал её за ухом. – Я обязан ей жизнью, а она мне! Конечно, они хотели ее подарить не как средство передвижения, а как главное блюдо! Но я посчитал, что это обесценило бы мои труды, и вовремя их остановил. Я назвал её Лихорадкой и с тех пор мы вместе.
– Ого! – сказал Джек, – я всегда, считал кочевников с севера плохими людьми. Отец много рассказывал о их деяниях, и редко хорошее.
– Иногда, Джек, и хорошие люди становятся плохими. Движимые благими намерениями, они делают ужасные вещи. Никогда не знаешь, как сложится судьба, и какой выбор сделаешь ты! Не суди, о людях, пока не узнаешь их, – Жан посмотрел в глаза мальчику. – В пустоши много чего говорят, но не все из этого правда.
– Наверное, вы много где побывали?
– Да, почти всю пустошь истоптал.
– Ничего себе! Наверняка, у вас тысячи историй!?
– Тысячи? Наверное, да. Но не все из них заканчиваются хорошо…
Ненадолго повисло молчание. Джек опустил голову, подбирая нужные слова для продолжения беседы.
