Дерек не спрашивал, в порядке ли она. Он ничего не говорил. Он развёл руки в стороны настолько широко, что его кожаная куртка разошлась, и Калли шагнула к нему. Она прижалась щекой к его чёрной футболке. Он окружил её защищающим объятием. Ему не нужны слова. У него есть действия. Заклинатель не сомневался в его верности; он же сжигал здания, чтобы защитить его. Чтобы защитить её. Калли тоже не сомневалась в его любви к ней. Она не понимала этого чувства — она стала его девушкой совсем недавно, но уже облажалась так, что заслужила пинок под зад. Но сейчас? Она не собиралась ставить это под сомнение. Лёгкий запах мыла «Ирландская весна», которым он пользовался в душе, смешивался с чистым успокоением её стирального порошка, и от этого Дерек пахнул как дом. Как безопасность. Как тот, кто принадлежит ей.
Он отстранился слишком рано.
— Ты успокоилась?
Если Калли сейчас поведает о том, насколько она близка к полному измождению, её твёрдость может испариться, и она может рухнуть на заскорузлый ковёр Заклинателя. Так что она просто кивнула.
Дерек хмуро посмотрел в сторону занавешенного прохода, который вёл в хранилище душ, затем мотнул головой в сторону заднего выхода. Это был вопрос.
— Копы, наверное, всё ещё у входа, — она не хотела опять сталкиваться с полицией.
— Мы будем двигаться быстро, — сказал он.
Он позволил ей первой пойти по коридору. Магия не сжимала его так, как её саму. Дерек говорил ей, что это вызывало у него желание повернуться и убежать, но магия покрывала Калли густым и гадким слоем.
Заклинатель Душ стоял к ней спиной. Обычно он ухватился бы за возможность опять поддеть её или потребовать большего от Дерека. Хоть он и чувствовал перемену в защитных чарах, он проигнорировал их появление. Калли не стала задерживаться и быстро пошла к выходу. Она вышла через первую дверь в короткий узкий коридор до заднего переулка и резко остановилась. Дерек налетел на неё сзади, и Калли выставила руку, чтобы удержаться за стену.
Её запястье загудело. Не от ускорившегося пульса. Не от гула страха или шипения магии душ. Совсем как её фляжка. Калли хлопнула ладонью по карману, и контейнер по-прежнему находился там. Спрятанный, пустой и готовый вместить возвращённые души. Здесь работала какая-то магия. Это не то пьянящее гудение, которое она обычно ощущала от фляжки, умолявшей, чтобы её наполнили. Это нечто новое, другое.
— Куколка? — беспокойство просочилось в обычно стоический тон Дерека.
Калли бывала в этом коридоре бесчисленное множество раз, потому что чёрный ход позволял не сталкиваться с клиентами. Обитые деревянными панелями стены не сочетались с остальным интерьером, и рамки для фотографий втискивались в каждое свободное пространство, словно она находилась в доме того, кому хватало денег на поддержку дюжины детей. Стекло в каждой рамке всегда было туманным и бесцветным. Металл вокруг каждой рамки по-прежнему хранил следы ржавчины и выемки от долгого использования, но внутренняя часть уже не пустовала. Теперь в каждой рамке показывались лица и даты.
Щербатое от мета лицо Бентона искоса смотрело на неё из овальной серебристой рамки справа. Это фотографии заключённых? Вместо номера заключённого в низу фотографий была нацарапана сегодняшняя дата. Калли отпрянула от изображения Бентона. Если там сегодняшняя дата, как Заклинатель поставил её туда? Это не цифровые рамки. Электричество в здании было никудышным, Wi-Fi просто не существовало, да и какой в нём смысл, если честно. Калли повернулась к Дереку. Он широко раскрыл глаза, но сосредоточился только на ней.
— Что случилось? — только и сказал он, но вложил в эти слова опасение.
— Ты этого не видишь? — она ткнула дрожащим пальцем справа от его плеча.
Дерек повернулся к стене.
— Рамки? Конечно, куколка.
— Это… это… это Донна, у которой мы только что забрали душу, — приземистая женщина, которая заложила душу минут двадцать назад, сердито смотрела из чёрной рамки.
Дерек окинул взглядом коридор. Пространство было тесным, хоть они находились тут всего лишь вдвоём.
— Куколка, тут нет никого, кроме нас.
Исхудавшие лица смотрели на неё со стен. Миниатюрные версии кривых зеркал как будто изменили свою частоту. Её лёгкие сжались настолько, что Калли хрипло вздохнула. Заклинатель Душ собирал частицы душ от арендованных возвратов? Она помогала ему коллекционировать кусочки душ тех людей?
Калли снова провела большим пальцем по ястребу на запястье. Она сомневалась, что ястребы могли ворковать, но этот явно доволен. Магия в этой комнате не пыталась укусить её или обжечь, но она чего-то хотела. Жаль, что ей уже нечего отдавать.
