Тот факт, что этот мужчина не ушёл, многое говорил об арендаторах душ. Калли буквально пригрозила ему вечными муками (не то чтобы она на самом деле сделала такое), а он нашёл стульчик у стены и сел. Он даже сидел с осанкой мальчика, поющего в хоре.
Калли переключила внимание на Чарли. За последние несколько секунд его тёмно-коричневая кожа несколько побледнела. Она спросила:
— Так что ты говорил?
— Я должен вернуть эту душу, — это не было вопросом, но тон его голоса приподнялся к концу. Его уверенность растеклась по полу лужицей. Может, поэтому ковёр тут такой чавкающе-липкий.
— Сколько он должен? — спросила она у Мигеля.
Тот назвал сумму, и Чарли подтвердил, что она у него имеется. Калли потянулась к его душе, прятавшейся за арендованной. Она была разодрана в клочья. Калли не удивилась, но ощутила печаль. Он не сможет нормально функционировать без ещё одной души, поддерживающей его в адекватном состоянии. На его руках не было характерных отметин, которые Калли ассоциировала с мужчинами и женщинами, прибегавшими к помощи наркотиков, чтобы справиться с последствиями злоупотребления арендованными душами. Это не было изначальной причиной, по которой они подсаживались на иглу, но всё это представляло часть замкнутого круга. Калли впервые ощутила моральный долг предложить этому мужчине другую арендованную душу, чтобы он не скатился окончательно.
— Хочешь заменить её на другую?
— Так и делает Заклинатель, — пробормотал он.
— Если у тебя есть деньги, то Заклинатель и дальше будет так делать. Я просто беру на себя сложную часть.
Они заключили сделку, и Калли не успела опомниться, как уже забрала у этого мужчины душу, вложила новую и обогатилась на тысячу баксов. Всё это время другой мужчина терпеливо ждал своей очереди. Мигель стоял на страже.
Бизнесмен хотел арендовать душу на неделю для поездки в казино. Если бы Зара по-прежнему была в игре, он стал бы идеальной мишенью. У него имелись деньги, и он был решительно настроен грешить. Это лучший кандидат для обворовывания. Калли не интересовалась мошенничеством, но в данный момент понимала привлекательность таких афер. Она не нуждалась в деньгах мистера Костюм-и-Галстук, но мысль о том, чтобы у его гордыни и чревоугодия возникли последствия, отнюдь не претила её совести. Калли взяла повышенную плату за «качественную» душу, которую он потребовал. Она не собиралась помещать в этого мужчину ничего чистого.
Когда бизнесмен ушёл, Мигель сказал:
— Ты хочешь, чтобы я остался здесь и посторожил за тебя?
Возможно, ранее Калли слишком перепугала его своей тирадой, но в его голосе не звучало никакой двусмысленности.
— Было бы здорово. Я пойду, загляну к Дереку, — и к отцу Генри.
***
Братья Шепарды оба находились в офисе.
Дерек присвистнул, когда она вошла.
— Я практически уверен, что эти парни описались в штанишки, Калли.
Она привстала на цыпочки и поцеловала его в щёку.
— Кто-то же должен вбить в них страх Божий.
— Я почти уверен, что это работа Генри, — сказал Дерек.
Отец Генри рассмеялся.
— Дело, скорее, в спасении смертных душ, нежели в принуждении их к послушанию через страх, но то, что ты сказала этому мужчине, нельзя назвать совершенно неверным.
— Если честно, я думала, что он уйдёт, — призналась Калли.
— Осторожнее, а то Заклинатель Душ начнёт гордиться твоей работой.
Калли обошла парней, подошла к столу и подтянула поближе к себе всё ещё застёгнутую сумку-холодильник. Для посетителей она использовала товары Заклинателя. Дверцы шкафа по-прежнему оставались открытыми. Калли начала расставлять принесённые души на отдельной полке.
— Ты собираешься их пометить? — спросил Дерек.
Калли сдвинула души на центральную полку.
— Нет, я знаю, которые из них — мои.
— Мои? — наверное, изумление отца Генри было оправданным, но сейчас Калли понимала желание Дерека врезать ему.
Она его проигнорировала.
— У вас есть для нас информация, отец Генри?
— Кое-какая, и зови меня Генри. Я оставил воротничок дома, — он по-прежнему был облачен во всё чёрное, но действительно был не при исполнении, насколько это возможно для священника.
— Я показал ему перо, — сказал Дерек.
Калли застыла, и Дерек подвинулся ближе, чтобы положить ладонь на её спину.
— И? — подтолкнула она.
— Это явно один из артефактов Петро, — ответил Генри.
Калли так и не представилось возможности нормально прочесть книгу. Очевидно, Генри это сделал. А Дерек добавил контекста:
— Как и нож.
— Перо и нож, способные собирать души? Эти предметы никак не связаны.
— Не совсем. Святой Петро был монахом, который заботился об изначальном колодце душ в Севилье. Ему поручили придумать способ, как защитить кортеанских конкистадоров, когда они отправились разведывать новый мир.
Калли скрестила руки на груди так, будто это могло отгородить её от странного урока истории.
— Этот нож не был похож на нож конкистадора.
