Но я отлично знала, что под всей этой напускной суровостью скрывался самый настоящий дед, который, может, и не ходил в резиновых сапогах и тельняшке, но любил заворачиваться в махровый халат и воровать из холодильника мучное, пока бабушка морила его очередной диетой. Нас связывало не слишком много счастливых моментов из серии «дедуля и его внуки», поскольку чаще всего мы с Адрианом были предоставлены сами себе, в то время как дед растил свое самое главное детище — бизнес. Он был гораздо важнее его собственного сына, что уж и говорить о внуках. Но теперь я чувствовала, что свет софитов по-тихонько направлялся в нашу с братом сторону. Нам скоро предстояло выходить на сцену.
— Наша порода! Расцвела, принцесса! — Довольно заключил он, рассматривая меня через стекла очков. — Ну что, внучка, готова стать бизнес-акулой?
— Если честно, не особо, — промямлила я, устраиваясь за столом между бабушкой и Моной, которая ободряюще похлопала меня по коленке.
— Видел я твою гонку. Должен сказать, это было неплохо! Местами, конечно, глупые ошибки, как на мосту например, но в целом… — дед поднял стакан с виски, призывая всех выпить.
Но я могла лишь изумлённо уставиться на него.
— Мой старший брат чуть не убил меня из-за того, что твое солнце теперь светит в мою сторону! А ты говоришь мне о «глупых ошибках»? Хоть раз кто-нибудь спросил нас, чего мы хотим от жизни? Вы сами засунули меня в этот университет, но даже не дали мне его закончить. Если ты хочешь сделать из меня бизнес-акулу, так прекрати, хотя бы, обращаться со мной так, будто бы я просто аквариумная рыбка. Твои деньги разрушили нашу семью. И ты не сильно возражал, когда нас с Адрианом выдворили из страны. Если бы не твоё желание поиздеваться над старшим внуком, мы бы так и не были тебе нужны.
Бабушка отчаянно пихала меня под столом, призывая остановиться, но у меня, что называется, накипело:
— Я не такая тупая, как вы думали пять лет назад. Я прекрасно понимаю, что по очередному завещанию ты хочешь посадить на своё место Адриана, в то время как у меня будет контрольный пакет акций. Дедушка, больше внуков у тебя не осталось. Если ты хочешь, чтобы мы были за одно, тогда начни уважать нас. А не стравливать, как ты это любишь. Теперь выхода нет уже у тебя!
Я рывком отодвинула стул и бросила на стол салфетку рядом с мясным стейком, к которому так и не притронулась.
— Агата, сядь! — Рявкнула бабушка.
— Кажется, я вдоволь накушалась, премного вас благодарю, — огрызнулась я, пересекая столовую и стараясь не сгореть под пламенеющим взглядом деда.
Закрыв за собой дверь, я прижалась к ней, чтобы перевести дух. Что на меня нашло? Откуда у меня вообще ума хватило вывалить все это на одного из самых влиятельных людей Германии?!
— Твою мать… — шёпотом ругнулась я, уже решив, что сама и вырыла себе могилу, когда из-за дверей до меня донёсся ровный голос деда.
— Я говорил. Когда мамаша решила в очередной раз избавиться от них, а ты выла тут белугой, я тебе говорил, что это сыграет нам на руку. Их просто нужно было хорошенько разозлить. И вот знаешь, я доволен результатом. Теперь! Только теперь они стали настоящими Эркертами.
«Потрясающее семейство», подумала я и пошлёпала обратно в свою спальню. Разумеется, никто не побежал за мной с воплями следом, хлопая дверьми и заламывая руки в мольбах просить у дедушки прощения. В гнезде такое было не принято, так что я просто валялась на кровати с ноутбуком, дожидаясь, пока дом погрузится в сон, и я смогу прокрасться на кухню, чтобы спокойно поужинать.
Вот Моника и застала меня сидящей на барной стойке в пижаме с опустевшей на половину сырной тарелкой.
— Ты чего не спишь? — Поинтересовалась я, запихивая в рот очередной кусок чиабатты.
— Ещё только полночь! В Берлине в это время я только выползала на тусовку! Жду не дождусь, когда закончатся каникулы, и я смогу вернуться. В 21 год это сонное царство не слабо вымораживает.
Я окинула подругу взглядом. Она тоже была в пижаме, только из той самой серии, в которой ни одна девушка не смогла бы спокойно заснуть. Небесно-голубая майка с пуш-апом была украшена кружевом, а шелковые шортики держались на широкой ленте, завязанной на поясе. А ещё Мона распустила свои длинные волосы и уложила их сексуальными волнами.
— Ты куда это намылилась? — Ухмыльнулась я, засовывая палец в банку с ореховой пастой.
— Сейчас узнаешь! Ты идёшь со мной! — С этими словами Мона стащила меня со стойки и поволокла за собой через холл.
— Подожди, ты в своём уме? Дай мне переодеться хотя бы! — Смеялась я.
— Ты отлично выглядишь!
— В пижаме со Снупи? Серьёзно?
— У тебя есть грудь и отличная задница. Этого вполне достаточно для прохождения фейс контроля! — Парировала Мона, тихонько отворяя дверь, ведущую в подвал.
— Подожди-ка, мы что, идём в пристройку к охране? Вот так?! — Ужаснулась я, снова одёргивая на себе футболку. Томас видел меня в сексуальных платьях и на высоченных каблуках, видел голой и в полотенце. Я не готова была светить перед ним своей задницей в шортиках с мультяшным щенком!
