— Да ничего такого! Это же пижамная вечеринка! — Шикнула мне Моника, хватая за руку, видимо для того, чтобы я не сбежала.
— Сомневаюсь, что нас там ждут парни в майках с супергероями, — огрызнулась я. — И вообще, не боишься, что у них возникнут проблемы, если дедушка узнает?
— Я тебя сейчас ударю! С каких пор ты стала такой занудой?! Ты что, забыла главное правило? Если нельзя, но очень хочется, то можно! За мной! — С этими словами Моника откинула с груди волосы и тихонько постучала в железную дверь на другом конце подвального помещения. Впрочем, стучать было совсем не обязательно. Прямо над нашими головами мигала красная лампочка камеры наблюдения. Они уже знали, что мы пришли.
В гнезде регулярная служба безопасности состояла из двух смен, которые начинались и заканчивались в 8 утра. Каждому члену семейства отводилось по два телохранителя и по два охранника, которые должны были постоянно отслеживать перемещения вверенного им субъекта по камерам, жучку и подкожному датчику. В обычный день взрослых Эркертов должны были сопровождать телохранитель и водитель. Хотя, я уверена, дедушку незаметно преследовал ещё и танк, а высоко в облаках курировал истребитель с системой автонаведения и уничтожения агрессора.
Тем не менее, в школьные годы по наши с братьями души вполне хватало простого водителя, который одновременно играл, как роль нашей няньки, так и официального представителя, который регулярно выслушивал визг директора относительно нашего скверного поведения.
Возраст охранников варьировался от 20 и до 50 с копейками. Но ветераны охранного труда обычно вызывались на службу лишь по особым случаям. А управлял всей этой бравадой отец Томаса, хороший друг моего деда.
Дверь нам открыл сияющий улыбкой Саша в джинсах и майке, обнажавшей накачанные плечи. Приветливо улыбнувшись, он махнул рукой в направлении лестницы, ведущей на второй этаж.
Охранная пристройка выглядела на удивление просторной, хотя я ожидала увидеть тесные, пропитанные табаком и потом коморки. В воздухе витали приятные ароматы свежезаваренного кофе и хитросплетения разнообразных мужских парфюмов. Пока Мона шёпотом обменивалась с Сашей приветствиями, я успела оглядеться и понять причину, по которой она не говорила в голос: мы находились на рабочем этаже. Помимо кухни, где мужчина в ослабленном галстуке разливал по огромным чашкам кофе, здесь имелось ещё несколько помещений и, по ровному гудению, заполнявшему весь коридор, не трудно было догадаться, что внутри 24/7 транслировалась на экраны жизнь Эркерта старшего и прочих обитателей гнезда.
Сколько же мы с Адрианом доставили этим людям проблем, когда выводили ненавистные камеры из строя, набрасывали на них грязные футболки или покрывала, когда нажимали по сто раз на дню кнопку экстренного вызова в своих спальнях, а потом обливали охранников, врывавшихся внутрь, ведрами краски или ледяной воды, когда сбегали от водителя и потешались над тем, как дед отчитывал его после нашего обнаружения. Да половина людей, находившихся в этом здании, искренне ненавидела нас, маленьких неблагодарных монстров, которым, видимо, было невдомек, что те просто выполняли свою работу.
И теперь я, та самая заноза в заднице, заявилась в их штаб в одной пижаме, и у них не было никаких гарантий, что я пришла сюда без тикающей бомбы в виде гнева моего деда, которая разорвётся, если он узнает, где я шляюсь по ночам.
— Мона, я пойду лучше спать, — шепнула я, попятившись к двери, — я тут не самый желанный гость.
— Да брось, — ответил за девушку Саша, — что случится, если мы просто посмотрим фильм наверху? Тем более, все хотят познакомиться с маленькой наследницей, которую им предстоит охранять.
Я закатила глаза, но все же позволила себя уговорить, и мы поднялись друг за другом на жилой этаж. И уж там царила куда более привычная атмосфера, чем внизу. Огромная гостиная, погружённая в уютный полумрак, была обставлена всевозможными пуфами и низкими диванами перед большой плазменной панелью, у которой грызлось несколько парней в домашней одежде, пытаясь выбрать фильм. На столике в центре стояла большая миска с попкорном, куча бутылок с газировкой, чипсов и начос. Я обвела глазами шестерку парней, собравшихся на ночное кино и с сожалением не обнаружила среди них Томаса.
— Ты чувствуешь, какой мощный тестостерон сконцентрирован в воздухе? — шепнула мне на ухо Мона. — Бессовестные, нельзя же всем быть такими качками! Даже не знаю, к кому подсесть!
Я только фыркнула, и подтолкнула ее к парням, уже успевшим оценить нас обеих с головы до пят. Шесть пар глаз настороженно следили за всеми моими движениями. Как я откинула со лба волосы, как переступила с ноги на ногу, изучая их в ответ. Они явно ждали, как я поведу себя дальше, включу богатенькую сучку или решу сойти за свою.
— Познакомьтесь, это Агата, — Саша по-отечески опустил руки мне на плечи, — Агата, слева направо: Уго, Стефан, Дилан, Калеб, Нейт и Френсис.
