Савельев мгновенно изменился. Теперь на Петра смотрел не добродушный приятель, а профессионал, цепко глядящий в лицо Петру пытающий найти в его глазах малодушие или обман. Но взгляд Петра был тверд и уверен, насколько можно быть уверенным сидя связанным по рукам и ногам в неизвестном месте. То, что после того как он предполагаемо, устранит кого-то по приказу Савельева, его же ждет такая же участь. И видимо, раз стал вопрос о необходимости стороннего исполнителя значить объект или объекты устранения известные личности. А это значит, живым его точно не отпустят.
– Хорошо, – минуту спустя, произнес Савельев, немного сбавив тон. Теперь голос его был деловит и собран. – Сейчас вас отвезут на место и там вы все и сделаете… Договорились Петр Петрович? Фокусов не будет?
– Сколько? – повторил Петр, решив играть до конца. Корольков как-то говорил ему, что истинная игра начинается тогда, когда ты сам начинаешь верить в то, что делаешь и говоришь. Поэтому-то многие покупаются на достоверность образов Валерия Алексеевича. А он просто представлял себя тем, кого хотел изобразить, буквально вживаясь в личность персонажа. Так было и с Пиковым. Петр припомнил, что он даже не усомнился что это актер, он на самом деле думал, что это уголовный элемент.
– «Ключ ко всему», – объяснял тогда Корольков. – «Это играть тогда когда уже нет в этом необходимости… Переступить черту… Самому поверить что ты это уже не ты… Нет никакого актера Королькова, а есть уголовник Пиковый имеющий за плечами три отсидки во всеми вытекающими…»
– Вы серьезно? – удивленно спросил Петра Савельев. – Не о том думаете Петр Петрович…
– Деньги мне согреют сердце, когда я пойду на дело, – переиначил Петр известную фразу из знаменитого фильма. – Пятьдесят процентов вперед на банковскую карту на предъявителя и сразу ее мне… Так спокойнее…
– Хм, ну возможно вы правы, – задумчиво произнес Савельев, уже другими глазами глядя на Петра. – Возможно… – он замолчал на некоторое время, обдумывая слова Петра, и видимо приняв решение, произнес: – Хорошо Петр Петрович, будет вам карточка… Собирайтесь! – приказал он молодому человеку который весь разговор молча простоял прислонившись к стене замерев в готовности не делая никаких движений. – Отвезете его на место… – Савельев кивнул на Петра. – Без меня не начинать! Я подъеду попозже… Ясно? – молодой человек лениво кивнул и отлип от стены. Но его расслабленным и с виду обычные движения не обманули Петра. Это был боец и весьма умелый. – Исполнять! – бросил Савельев, выходя из комнаты, в нее сразу зашел другой молодой человек, тот второй с кем был молчаливый на вокзале.
Молчаливый жестом приказал Петру подняться и они, с напарников взяв его за подмышки, потащили к выходу. Оказалось, что они никуда не уходили. И все это время были в том же здании, куда пришел Петр на собеседование. Только бетонная комната оказалась на цокольном этаже.
Перу завязали глаза, посадили в машину и они поехали. Петр насчитал два левых и четыре правых поворота, затем минут двадцать ехали прямо, свернули налево и сразу же направо. По тому, как машину трясло, Петр догадался, что они едут по поселочной дороге. Насколько Петр запомнил по карте они, возможно, могли быть в лесу. Но проверить он этого не смог. Его также с повязкой на глазах вытащили из машины, и протащили метров тридцать. Петр услышал скрип петель открываемых ворот, его втащили по ступенькам сначала вверх, а затем вниз. Впрочем, ступенек вниз оказалось больше чем наверх:
– «Опять подвал!» – подумал Петр, транспортируемый молодыми людьми по коридору. – «Что-то длинноват коридор…» – внезапно подумалось ему. – «Это не может быть частным домом…»
Здесь его мысли прервались, так как они видимо дошли. Петра прислонили к стене лицом, пока один из его сопровождающих открывал какую-то дверь, затем его внесли в помещение. Молчаливый сдернул с лица повязку, и Петр остался один в небольшой каморке, без окон освещаемой одинокой лампочкой, на потолке забранной в нишу решеткой. Снаружи послышался лязганье запираемой стальной двери:
– Как на гауптвахте, – прошептал Петр, хрустя шейными позвонками. – Как в Средней Азии, блин! Влип, похоже… – Петр сел на бетонный пол и облокотился о стену. – Где это может быть-то?