Сектор моргнул, и на экране загорелось изображение просторного помещения со стоявшей в нем семиколесной машиной непривычной формы: трапециевидный в боковой проекции корпус матово-синего цвета, к нему спереди прикреплена тарелкообразная кабина с прозрачной верхней частью, сквозь стекло которой видны кресла. Боковые колеса вынесены далеко в стороны на торчащих из корпуса длинных штангах, отчего машина смахивает на какое-то странное раскорячившееся насекомое, а переднее выдвинуто вперед метра на три и имеет несколько больший диаметр, чем остальные.
– Точно, он, – подтвердил свою догадку Лайнос.
– Еще какая-нибудь техника на борту есть? – поинтересовался Керк.
– А как же, – усмехнулся профессор и, поднявшись с кресла, подошел к юноше. – Надо же, как все просто, – сказал он, бросив взгляд на пульт. – А я вот даже как-то не подумал. Ну-ка, включи вот этот сектор.
Керк послушно нажал на указанный квадрат. Появилось изображение и почти тут же пошло разноцветной рябью, а сбоку побежали строчки сообщения, выделенные ярко-оранжевым цветом. Однако парню хватило времени, чтобы рассмотреть стоявшие в отсеке треугольные машины с поднятыми вверх крыльями.
– Похоже, камера сдохла, – констатировал Лайнос, смотря на экран. – Впрочем, тут как раз ничего странного – странно, как этот корабль вообще сохранился в таком состоянии до наших времен. Не знаю, что за защитное поле использовали эти дайтанцы, но сей факт удивляет меня до сих пор.
Керк согласно кивнул. Если исходить из того, что он знал, то этому кораблю не одна тысяча лет, и одно дело – сохранившиеся здания и сооружения, а совсем другое – высокотехнологичная машина, напичканная тонкой электроникой. Конечно же, корпус, сделанный из специальных материалов и предназначенный для противостояния различным агрессивным средам, может оставаться целым в течение тысячелетий, но электронная начинка корабля, по идее, давно уже должна была выйти из строя. Впрочем, это также должно было коснуться элементов отделки и интерьера, однако вокруг Керка все блистало новизной, словно космолет только недавно сошел с орбитальных стапелей. Но, судя по неожиданно отказавшей камере, неумолимый бег времени все же оказал в какой-то степени свое разрушительное воздействие и на эту машину.
– Надо будет все здесь проверить, – сказал Керк. – И в первую очередь разобраться с причиной недостатка энергии.
– Все же думаешь, что эти выделенные области сообщают о нехватке?
– Вероятно. Или о нехватке энергообеспечения, или о каких-нибудь других неполадках. Ну-ка, проверим…
Экран послушно отреагировал, сменив схему корабля на изображение какого-то отсека, заполненного лежащими на стеллажах длинными цилиндрами.
– Арсенал, энергообеспечение двадцать процентов… э-э… – профессор замялся. – Не могу понять слово, – наконец сказал он. – Что-то связанное с защитой и ее нарушением.
– Скорее всего, внутреннее защитное поле, – предположил Керк. – У нас на военных кораблях применяют подобное для защиты некоторых отсеков.
– Зачем? – удивился Лайнос.
– В смысле? – Керк непонимающе покосился на профессора.
– Ну, зачем создавать защитные поля внутри кораблей? Насколько я помню, при малом объеме защитного поля имеются проблемы со стабильностью энергетической оболочки.
– Это еще почему? – Теперь пришло время Керку удивленно уставиться на своего собеседника.
Профессор махнул рукой:
– Ладно, вечно забываю, что мы из разных миров. Так в чем функция этих полей?
– Ну, грубо говоря, усиление защиты от внешнего и внутреннего термоэнергетического воздействия, – ответил Керк словами неожиданно всплывшей в мозгу строчки из учебника и тут же пояснил: – При подрыве боезапаса поле погасит большую часть выделившейся энергии, что уменьшит негативные последствия, да и от внешнего воздействия дополнительная защита.
– Хитро, – усмехнулся Лайнос. – Интересно, что ж наши вояки до подобного не додумались?
Керк в ответ пожал плечами, подумав, что причины как раз могут крыться в названной профессором проблеме со стабилизацией полей малого объема, но вслух высказывать это не стал.
– Что ж, – Лайнос внимательно посмотрел на Керка. – Как думаешь, сможем мы улететь на нем отсюда?
– А есть другие варианты? – поинтересовался тот.
– Ну, можно попытаться захватить корабль Конгломерата или сдаться их представителю. Только не думаю, что это хорошие идеи…
– Значит, для нас это не выход, – сделал вывод Керк и, окинув взглядом рубку, добавил: – Знаете, профессор, почему-то у меня такое чувство, что я найду с этой птичкой общий язык.
– Это хорошо, – расплылся в улыбке тот. – Ну, так принимай корабль, капитан Керк. Кстати, как его назовешь?
Капитан! Керк замер в кресле, чувствуя, как в душе разливается непривычное волнение. Мир на миг дрогнул, а его сознание словно раздвоилось: один Керк сейчас сидел за пультом корабля, второй находился на берегу ночного океана и смотрел на стоявшую перед ним темноволосую девушку.
– Пришло время возвращаться, – легко улыбнувшись, произнесла девушка. – Тебя ждут…
Керк мотнул головой и вопросительно посмотрел на трясшего его за плечо профессора.
