Подъезжая к пабу, Ночь не ощущал в себе злости по отношению к Киму. Тот предпочитал чувствовать себя человеком, увечным, но всё же. Как и всем людям, ему было свойственно переоценивать свои возможности, давать обещания, которые он не собирался выполнять. Припарковавшись, Ночь проверил, на месте ли листок, и вышел из машины. Обходя «верного коня», он решил, что пора купить собственный фургон, в котором, возможно, и найдут его тело. Как простому человеку, ему ещё хотелось умереть в собственном доме, но он понимал, что такая вероятность имеет малые шансы быть реализованной. При интенсивности интереса окружающих к его жизни, его тело после смерти дома могут обнаружить через месяцы. Жилище, пропахшее мертвецом, не принесёт его жене и детям хорошей денежной компенсации.
Зайдя в паб, Ночь остановился на пороге, делая вид, будто осматривает помещение. На самом деле он опешил от окружающей Теда серебристой сферы. Причём это был не ювелирный металл, начищенный до блеска. Скорее техническое серебро, с которым Ночи в прежней жизни приходилось работать. Блестящий металл было распылён вокруг Теда в виде облака-сферы. Она, задерживая-отражая лучи света, рассеивала тьму. Придя в себя, Ночь кивнул Теду и прошёл в дальний угол паба, так любимый Кимом. Отодвинув стул, сел на его место. Действительно хороший выбор. Перед его глазами было всё помещение с посетителями и Тедом. Кроме хозяина заведения, больше никто из присутствующих не имел каких-либо видимых отличий от нормальных людей.
Продолжая наблюдать «эффект Теда», Ночь прекрасно видел, как бармен снял трубку телефона и, сказав пару слов, положил её. Оставалось немного подождать, обдумать, как, и что он должен сказать Киму. Ему не хотелось задерживаться тут надолго. У заведения был специфический аромат, которому он предпочёл бы запах бензина или пыльной дороги. Теперь у него не было прав на эмоции, сомнения и чувства. Будущее Ночи состояло из плана действий, неопределённого толка, с ограниченным количеством (28) шагов. По реакции Теда стало ясно, что в помещение спустился Ким. Дверь чёрного хода была скрыта от взглядов посетителей, и Ночь просто ждал, когда Ким появится в его поле зрения.
Одна из лампочек, освещающих барную стойку, оказалась прямо над головой Кима, придавая ему ореол из света, разложенного на спектральные составляющие. Сместившееся в пространстве тело Кима немного утратило интенсивность свечения окружавшей его сферы, но совсем не угасло. Пока он подходил к столику, за которым сидел Ночь, по его эмоциональному фону (движения, походка, аура) было видно, что его оторвали ото сна и он очень недоволен выбранной гостем позицией.
— Ты обещал. — Вместо приветствия Ночь вытащил из кармана рисунок Старой Львицы с подписью Кима на обратной стороне.
Дальнейшие планы на беседу пошли прахом, так как вблизи Ночь разглядел, из чего состоит сфера, окружающая Кима. Частички походили на капельки стекла неправильной формы. При попадании на них белого света от внешнего источника они рассыпались пляшущими пятнышками всех цветов радуги. Это завораживало, заставляло забыть Ночь о дыхании, порождая желание собрать из открывшегося «пазла» целую радугу. Глубоко дыша (наверное, это походило на гнев), он встал, обошёл Кима, стараясь не задеть его сферу, и быстро покинул паб.
План пришлось немного подкорректировать. Ночь отнёсся к этому спокойно, без педантизма. Понимая, что есть основная линия (рисунки), он не старался подстроить под неё оставшееся у него время. На возникшие вопросы следовало с терпением стоика ждать своевременные ответы. Попросив Алекса найти ему свободный фургон с возможностью ночёвки в нём в любую погоду, он получил такой транспорт с термобудкой. Пришлось в несколько заходов переоборудовать машину под себя: перенести терморегулятор из кабины, поставить замки, открывающиеся только из будки; обустроить постель и туалет, а также добавить дополнительный бак для топлива. Пока Алекс доставал всё необходимое для обустройства «гроба на колёсиках» (так он решил называть место своего последнего пристанища), Ночь фиксировал для себя на бумаге вставшие передним вопросы. Их в общей сложности было не так уж и много: время, когда будет происходить «основная линия» (места уже отмечены тёмными сферами); что он должен делать; кто несёт тёмные сферы; почему его тянет в то место, где он встретил носителей серебра и стекла? На эти немногочисленные вопросы уходили горы бумаги, так как его руки предпочитали рисовать, а не писать. Сам процесс появления изображений Ночь воспринимал с удивлением. На большинстве рисунков была Огненный Цветок в разных ракурсах, позах и вариациях застывших на её лице эмоций. Он понимал, что увиденные им образы девушки никак не вяжутся с её реальной жизнью, с её прошлым. Приходилось опять успокаивать себя мыслью, что он пока не сошёл с ума, просто у него навязчивая, почти маниакальная привязанность к этой девушке.
