— Если тебе некомфортно обращение на «ты»…
— Все нормально, — теперь она перебила меня. — Может, когда-нибудь я и привыкну, что у нас с Мирой две мамы.
Почему-то именно эта фраза сбила всю мою стойкость, и по щекам неудержимо хлынули слезы. Хотя сейчас у меня и так были явные проблемы с контролем чувств. Дэсмиш даже поставил дополнительную защиту, чтобы я в сердцах не разнесла наши башни.
— Прости, — испуганно прошептала Милена и неловко обняла меня, а я побоялась ей отвечать, поскольку совсем не была уверена в своем голосе.
Она села рядом и неожиданно тоже расплакалась.
— Что за потоп? — тихо поинтересовалась неизвестно откуда возникшая Мирослава. Она опустилась на корточки перед нами и переводила взгляд с одной на другую.
— Я чувствую себя совершенным сухарем, — всхлипнула Милена. — Даже Лу… Я не могу… Я…
Она спрятала лицо в ладонях и окончательно замолкла. Мы с Мирославой обняли ее с двух сторон.
— Ты считаешь себя виноватой, что не можешь назвать меня мамой? — я глажу ее кудри и вздрагивающие плечи. — Но ты вовсе не должна этого делать! Ведь и Лу никогда не обратилась бы так ко мне, если бы Ниэ оставалась рядом с ней. Мне было очень больно, когда ты ненавидела меня, но даже и тогда я не думала обижаться. Потому что твои чувства — это ты сама, и я буду любить тебя любой.
— А Лу называет тебя мамой? — Мирослава воспользовалась возникшей паузой и с любопытством взглянула на меня.
— Называет, — пробормотала Милена. — Я сама слышала.
Мне стыдно говорить это, но слезы моей дочери льются бальзамом мне на сердце. Она снова становится прежней — такой, какой была до попадания в ее энергетику Темного осколка. Но я знаю, что даже без осколка Милена никогда не смогла бы назвать меня мамой. Мягкая, нежная, абсолютно непреклонная моя девочка. Я выбрала ей идеальную маму, которая навсегда останется для нее единственной. И это правильно, как бы ни было мне горько. Я вижу, что Милена понемногу открывается мне навстречу, и эти слезы сейчас только очередное подтверждение. Ей важно, что я чувствую к ней, что думаю о ней.
— У Лу почти всю жизнь не было мамы. Она потеряла ее в шестилетнем возрасте, но успела запомнить любовь и защиту, которой Ниэ ее окружала. Поэтому Лу пыталась найти того, кто сможет дать ей снова те же чувства. Тебе замена не нужна. Твоя мама по-прежнему рядом с тобой. Не сравнивай себя с Лу, у вас были совершенно разные жизни.
— А Мира? — снова всхлипнула Милена.
— Несмотря на то что мы с тобой близнецы, скроены мы совсем по-разному! — хмыкнула Мирослава. — Да и вообще, хватит создавать проблему из ничего! Давай, пошли уже! Дом не достроен, а нам еще порталы учиться делать. Тэйхирт лютовать опять начнет, если мы Лу будем дергать с закидыванием нас в наш мир и перебрасыванием обратно.
Она громко чмокнула меня в щеку и потянула сестру за руку. Милена неуверенно мне улыбнулась, легко приобняла и умчалась за Мирославой.
— Со мной все хорошо, — повторила я и улыбнулась всем трем дочерям. — Ребята пинаются и хулиганят, значит, и им неплохо.
— В дом-то пригласите? — Тэйхирт приподнял бровь и оглядел хозяев.
— Как будто ты там что-то не видел, — хмыкнула Лу.
— Неважно.
Милена и Мирослава тут же превратились в радушных хозяек и провели всех внутрь, в просторную гостиную, рассчитанную на всю нашу, теперь немаленькую, семью. Собственно, весь этот дом мы создавали все вместе. Дом, который стоял между двух миров, соединяя их и разделяя. Та половина, что принадлежала Мирославе и Антону, стояла на земле их мира, и за его окнами вовсю валил снег, хотя там уже пришел апрель. Вторая половина — Милены и Виталия — находилась здесь. Чтобы расположить дом между мирами, нам пришлось влить в него огромное количество магии, а участок выбирали так, чтобы центр дома расположился точно над разломом, который всегда был источником и Светлой, и Темной энергии. Опасное место, но новые способности Милены позволяли ей контролировать его и направлять в нужную сторону все выплески силы.
Все прошедшие шесть месяцев девочки жили на два мира, проходя порталами каждый раз, когда это было необходимо. Тэйхирт ругал Лу за ее постоянную готовность открыть и поддержать переход, но та только безмятежно улыбалась и напоминала про источник бесконечной энергии, которым одарила ее Ниэ.
До сей поры девочкам удавалось скрывать все от матери, поскольку на совместном совете мы решили, что она вряд ли сможет принять эту информацию. Поэтому Дэсмиш и Тэйхирт умудрились вернуть сестер домой так, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов о почти месяце их отсутствия. А когда Антон начал возмущаться, что все четверо вылетят из института, поскольку нагнать огромный объем информации, который они пропустили за это время, почти невозможно, Тэйхирт отправил их во временную петлю.
— Здесь вы сможете посетить все пропущенные занятия, — сказал Темный и усмехнулся. — Лично у каждого спрошу книжку с отметками.
— Зачетку, — подсказала Мирослава. — А нам туда все проставят по-настоящему?