— Как вам будет угодно. Любое имя. Зовите Ратканоном, Барклом, Эмарисом или Левмиром, если пожелаете.
— Почему ты назвал последнее имя? — быстро спросила Арека.
— Потому что вы искали человека с таким именем. Если пожелаете, я буду им.
— Я другого человека искала, — шепотом ответила Арека.
— Почему же вы думаете, что он такой же? Каждый миг человек меняется, а вы преследуете тень отражения миража. Тот Левмир уже совсем иной, а я… Быть может, я лучше него. Попробуйте называть меня Левмиром, и если это принесет вам радость, я буду счастлив.
Что за чушь он городит? Или знает что-то? Смотрит все так же, с улыбкой.
— Я называю тебя — Мальчик, — сказала Арека.
— Прекрасное имя, поношу и его, пока не истреплется.
Арека задумалась, и мальчик поднял взгляд к небу. Улыбка исчезла, лицо приняло серьезное выражение.
— Мне уже не больно. — Арека коснулась пальцами груди, там, где слабо трепыхалось сердце. Мальчик повернулся к ней, быстро, будто маску, натягивая улыбку.
— Ты ведь хотел причинить мне боль, — продолжала Арека. — Ты ненавидишь меня. Не спрашиваю, за что. Просто, если захочешь ударить, меть в другое место.
Она встала, пошла к дому. Баркл, поджидавший ее, повернулся спиной, готовый идти. Арека глотала слезы. Нет, имя не причинило ей боли, Атсама заставила ее стать сильнее чувства. Но страшное презрение в глазах мальчика ужалило в самое сердце. Если он понял это, у него есть оружие.
— Эй, гостья повелительницы! — нагнал Ареку веселый голос. Обернулась. Мальчик, улыбаясь, машет рукой, но смотрит в небо. — Приходи, когда будет свирель. Обещаю не бить.
Арека кивнула. Две слезинки, не удержавшись, выкатились из глаз, прочертили мокрые борозды по щекам.
— Приду. Обязательно приду! А почему ты смотришь на небо?
Мальчик обратил на нее удивленный взгляд.
— Жду, когда солнце взойдет.
— Так взошло ведь, — рассмеялась Арека. — Тучи просто, не видать.
— Нет! — рассмеялся в ответ мальчик. — Не это, другое. Когда взойдет Солнце, ты поймешь. Только поздно будет.
Проснувшись, Ирабиль полежала немного, глядя в окно на сереющее утро. Улыбнулась. Кастилос еще спит, и приходится выбираться из своего угла тихо, осторожно. Наконец-то повзрослевшее тело начинает слушаться, становится таким же легким и ловким, как всегда. Пусть всего лишь человеческое, но уже привычное.
Принцесса Ирабиль приняла холодный душ — вода еще не успела прогреться. Ледяные струйки, вопреки ожиданиям, не напомнили ужасов перехода через снежную пустыню. Алая Река и ее испытания постепенно меркли в памяти. Как и многое другое.
Закутавшись в пушистое полотенце, И сидела в комнате перед открытым окном, ожидая, пока высохнут волосы. Снова и снова пыталась вспомнить лицо единственного человека, жизнь которого имела значение, и не могла. Мальчишеское лицо иногда мелькало в воображении, но тут же исчезало, оставались лишь глаза, исполненные солнечного света. Плюнув на все, И всмотрелась в эти воображаемые глаза и улыбнулась.
«Все будет хорошо, — думала она. — Он придет. Война прогремит где-то там, далеко. Может, мне и увидеть ее не придется. Конечно, не придется! Что от меня там толку? Я не воин и не вампир даже».
«Ты — дракон», — прошелестел знакомый голос в голове.
— Левмир? — встрепенулась принцесса.
«Ты — дракон. — Голос таял, но слова еще различимы. Ирабиль жадно вслушивалась. — Ты гораздо сильнее, чем я. И ты все выдержишь».
— Что выдержу? — прошептала Ирабиль.
— Одевайся!
Принцесса вздрогнула. Кастилос отбросил одеяло и тут же оказался на ногах. Он спал в одежде, и сейчас быстро приматывал на спину меч императора.
— Быстрее, у нас меньше минуты, — сказал он, заметив, что принцесса не двигается. — Думал, успеем поговорить. Сейчас тебя арестуют.
— Что? — Только потянувшаяся за блузкой, И вновь замерла, стоя у кровати. — Кто? За что?
— Одевайся быстро! — рявкнул Кастилос.
Теперь уже она слышала крики, доносящиеся снизу. Сердце затрепетало. Схватив одежду, И опрометью бросилась в ванную. Одеяло полетело на выложенный гладкой плиткой пол. Торопясь, натянула одежду на влажное тело. Застегивая последнюю пуговичку, услышала, как в комнате выбили дверь.
— Стоять! — завизжал кто-то мерзким голосом. — Стой, тварь! Именем графа Ливирро, вы арестованы за… Ах, урод. Вы двое — за ним! Ты — стой, где-то должна быть девчонка.
— Похоже, в душе. — Голос раздался рядом с дверью. Принцесса отступила на шаг. Огляделась в поисках оружия. Тщетно. Сабля осталась под кроватью, и все, что она могла — запустить во врага кусочком мыла.
В дверь постучали.
— Простите, что прерываю, — заговорил тот, второй голос. — Вы одеты?
Окинув себя критическим взглядом, И кивнула:
— Да. А кто вы?
— Гвардия графа.
— Да чего ты с ней разговариваешь? — взвизгнул первый. — Дверь вынес, и все.
— Я выхожу, — поспешила сказать Ирабиль.
