— Не подумай только, что я бы не дал ему шанса, — продолжал Эрлот. — Смелость, ум и силу я уважаю, даже когда замечаю в людях. Узнать о казни, сбежать из родного дома и столько времени скрываться… Я бы, может, сделал паренька сыном. Или просто отдал бы его своей фаворитке. Она до сих пор влюблена, это такая потеха.
Заметив недоуменный взгляд Кастилоса, Эрлот усмехнулся:
— Арека. Ты ведь просил тогда не убивать детей. Я взял ее к себе в дом. Считай, вырвал из клыков Атсамы. Забавная ирония: они подружились. Можешь представить?
— Арека жива? — прошептал Кастилос.
— Выросла настоящей красавицей. Обрати я ее сейчас, она бы благодарила меня вечность. Но увы, ни одной серьезной страсти, кроме любви, в этой душонке не пылает. Однако мы отвлеклись. Я не прочь предаваться воспоминаниям, но сначала нужно порешать серьезные вопросы. Насколько сильно твое желание испепелить меня силой своего гнева?
«Чего ты боишься? — спросил себя Кастилос. — Ты, дважды достигший Алой Реки? Разве не о такой встрече ты мечтал?»
— Я убью тебя.
Эрлот хмыкнул. Так по-человечески.
— Жаль разочаровывать, но… нет, не убьешь. Я не до такой степени пьян. Вопрос стоял иначе, Кастилос. Насколько серьезно твое желание? Впрочем, позволь мне зайти издалека.
Эрлот допил вино и наполнил кружку опять. Когда он ставил кувшин, под локоть ему попалась голова соседа.
— Совсем забыл. Это тот, с кем ты должен был встретиться.
Эрлот поднял вампира за волосы, и Кастилос увидел обескровленный труп. Эрлот вышвырнул его из-за стола одним движением. Тело свалилось у одного из столиков. Откуда-то послышался сдавленный вскрик хозяина. Кастилос смотрел на Эрлота, не отрываясь. Разгадать жест оказалось несложно: Эрлот выбросил труп, не останавливая сердца. Даже человеческая его сила была огромной.
— Многие думают, что я странный и противоречивый вампир, — заговорил Эрлот. — Говорят, сам не знаю, чего хочу. Что ж, тут они правы, у меня действительно есть проблемы такого рода, но они здесь. — Он постучал пальцем себе по лбу. — Их никто не видит, и разбираться с ними я буду сам. А все мои действия легко объяснимы.
— Аммит сказал, что ты либо сошел с ума, либо уподобился Киверри, — сказал Кастилос. — Впрочем, он сказал, что результат будет один, в любом случае.
И вновь Эрлот засмеялся вместо того, чтобы разозлиться.
— А сам-то что думаешь?
— Мне разницы нет, — пожал плечами Кастилос.
— Как храбро. Ладно, оставим вопрос о моем сумасшествии. Видишь ли, в чем беда: на востоке процветают люди, которых Освик столетиями готовил к войне с нами. Когда это раскрылось, Эмарис должен был принять меры, нанести упреждающий удар, но он просто замолчал проблему. Король, который не печется о благополучии подданных, не может оставаться королем. Я сделал то, что должен был, пока ты не вошел в силу как герцог. Иными словами, у меня было два врага: Эмарис и ты. С первым я разобрался, второй исчез, и я получил возможность идти дальше. Три года подготовки, три года ожидания. Нанеси Восток удар в эти три года, они могли бы победить. Теперь — нет. Теперь приходится признать: да, возможно, Восток и не собирался нападать. Но Освик подписал им приговор. Все готово к войне, и я уже собираю графов, чтобы разработать план сражения. Моя цель, моя мечта на данный момент — мир, которым правят вампиры. Когда моя власть проникнет в каждый уголок, когда нигде не останется непонятной угрозы, мне понадобятся толковые ребята на местах. Сильные, смелые, умные, способные управлять. Как ты на это смотришь? Занять, допустим, остров или целый архипелаг, взрастить свои города и деревни. Ты будешь волен делать там все, что захочешь. Равноправие, целование ног людям, донации, фавориты, оргии, скотоложство — все, на что хватит фантазии. А я не буду вмешиваться до тех пор, пока во главе стоишь ты и гарантируешь мне безопасность. Как знать, может, у тебя получится что-то настолько толковое, что я решусь перенять опыт.
Кастилос откинулся на спинку стула. К вину он так и не притронулся, сердце не запустил. Взгляд скользнул по настороженным лицам собравшихся вампиров. Среди них не было одного: Ринтера. Самого главного врага, не считая сидящего напротив. Похоже, Эрлот все же не до конца откровенен, значит, не так уж верит в свои силы.
— Хочешь сказать, если я добьюсь продуктивного равноправия людей и вампиров, ты согласишься распространить такую систему? — Кастилос изобразил заинтересованность.
— А почему нет? — пожал плечами Эрлот. — Если система будет действительно продуктивной. Но в любом случае на своих землях ты будешь властвовать безраздельно. Твое решение? Отвечаешь согласием, и мы тотчас отправляемся вместе в Кармаигс. Примешь наследный титул. Определим, что будешь делать на грядущей войне. Твой голос на совете, равный графам и превосходящий лордов. Твой дом, кстати, в неприкосновенности, а твои фавориты… — Эрлот усмехнулся, — подросли и хорошо питаются.
— Как Атсама отнесется к потере титула?
— Прекрасно. Я дам ей повышение.
Теперь интерес во взгляде Кастилоса стал настоящим:
— Серьезно?
