Лестница уходила вниз. Казалось, что потайной ход должен теряться во мраке, но ухоженные, кое-где подновленные ступени ярко освещал живой желтоватый свет.
– Только не умирайте, господин, – совсем по-детски попросила девчонка, напряженно глядя вниз, – если вы умрете и не увезете меня…
Оборвав себя на полуслове, она мотнула головой. Платок соскользнул на плечи.
Мысленно попросив прощения и у Юкая, и у императора за излишний риск, Ши Мин ступил на лестницу. Последние ступени почти упирались в дверь. Она была освещена двумя масляными лампами, полностью заправленными, – видимо, женщина и правда рассчитывала уйти этим путем.
Дверь была достаточно простая, с обычной системой противовесов и отполированным рычагом. Открывали ее не раз и ухаживали за ней с особым тщанием, смазывая маслом каждую деталь механизма.
Картина за дверью открылась чудная. Женщина в черном смотрела на появившегося Ши Мина, щуря глаза, зло и растерянно. Юкай стоял в противоположной части зала и казался даже расслабленным. Если бы не окаменевшая линия челюсти, можно было бы решить, что он приятно проводит время. Только наряд подвел: пыль на темных рукавах, исцарапанные пластины легкого нагрудника да кинжал, танцующий в длинных пальцах.
Увидев наставника, Юкай оцепенел. Янтарный взгляд зацепился за лицо Ши Мина, скользнул вниз и вернулся обратно. Узкие вытянутые глаза округлились.
Ши Мин же не мог отвести взгляда от порога. Пол в зале был куда выше, чем в коридоре, – порог доходил Ши Мину до середины бедра, и взбираться пришлось бы по еще одной лестнице с несколькими деревянными перекладинами.
Ши Мин выглядел не просто больным, а чудом выжившим.
Туго собранные волосы растрепались, несколько посеревших от грязи прядей прилипли к влажным щекам, вокруг глаз залегли темные круги. Меч дрожал в тонких, перепачканных сочащейся кровью пальцах.
Юкай окаменел, изо всех сил пытаясь хоть что-то прочесть на бледном, осунувшемся лице.
Он допустил ошибку, и ошибку серьезную, иначе наставник не примчался бы сюда в таком состоянии. Только вот где он ошибся?
– Иди сюда, – негромко позвал Ши Мин. Щуря воспаленные глаза, он рассматривал путаную систему зеркал на потолке.
– Пришел-таки… – вздохнула Безымянная. – Все равно не успеешь, еще и сам помрешь. Рядом со мной от твоей жизни и крупиц не останется.
– Было бы что терять, – отозвался Ши Мин, перевернул меч рукоятью вниз и вполсилы ударил по деревянному полу. Под ногами загудело, завибрировало и отозвалось тонким звоном.
Когда звон утих, Ши Мин поднял голову. Взгляд у него стал сосредоточенным и пустым.
– Занятный храм, – сипло проговорил он. – Бегом!
Последним словом он не просто приказал – хлестнул наотмашь, как всякий раз в опасные моменты. Юкай отреагировал не раздумывая, то была намертво вколоченная наука: когда наставник говорит таким тоном, лучше закрыть рот и сделать, как он велит.
Юкай сделал два широких шага навстречу, успев заметить, как Ши Мин вложил меч в ножны и запрыгнул в зал, – коридор, из которого он вышел, был ниже уровня пола. Темная фигура Безымянной, которую Юкай все это время держал в поле зрения, внезапно взлетела в воздух.
Юноша развернулся спиной к наставнику, неосознанно прикрыв его и готовясь отразить удар, но женщина просто подпрыгнула вверх. На доли секунды зависла в воздухе, раскинув руки, как птица, и рухнула обратно.
Но не успела она достигнуть пола, как в спину Юкаю что-то врезалось с такой силой, что позвоночник затрещал. Юноша полетел вниз под звуки звонких щелчков и упал на землю, едва успев выставить руки и почти коснувшись головой пыльных сапог женщины.
Бедро обожгло болью.
На поясницу Юкая давили острые коленки, а тонкие пальцы впивались в плечи с такой силой, что еще немного – продавили бы плотные наплечники вместе с кожей и мышцами. Упершись в пол ладонями, Юкай приподнялся вместе с неожиданной ношей, снизу вверх глядя на замершую женщину. Пот градом лился по его шее, стекая за воротник. Несколько капель, скользнув под ухом, сорвались на пол и разбились в алые кляксы.
С недоумением Юкай проследил за кровавым дождем, который становился все гуще. Каменная хватка на его плечах понемногу слабела. Капли, которые он поначалу принял за пот, покатились непрерывным потоком.
Секундная заминка, растянутая страхом, казалась вечностью.
Мысли забились в голове тяжелыми рыбинами, выброшенными на берег. Они ворочались внутри, пока Юкай стягивал с плеч безвольное тело и укладывал его на песок. Ши Мин же почти ничего не весит. Совсем ничего. С какой силой, с какой скоростью пришлось ему прыгнуть, чтобы свалить на землю человека, намного превосходящего в росте?
Лицо Ши Мина оставалось безмятежным, словно раны стерли всю накопленную усталость. Его спина оказалась утыкана тонкими металлическими спицами, которые наискось пронзили тело и вошли так глубоко, что ни одна не выскользнула из раны.
Только одна спица дотянулась до самого Юкая, на излете зацепив бедро и распоров ткань.
