Грохот первого залпа оглушил Джозефа, даже несмотря на то, что он предусмотрительно зажал уши. Звук был настолько жутким, что в ужасе пригнулись даже те, кто оборонял земляные укрепления. Сам Руффорд, явно пораженный до глубины души, посмотрел сперва на линию стрелков, деловито перезаряжающих свои ружья, а потом на те чудовищные разрушения, которые смертоносные пули причинили бегущему противнику. Вся наступающая линия оказалась буквально разорванной в клочья, причем убило или хотя бы покалечило не только тех, кто шел впереди, – их прошило насквозь, вместе со щитами и тяжелыми доспехами, – но и тех, кто рассчитывал укрыться за их надежной броней.
Атака захлебнулась в одно мгновение. Чудом выжившие солдаты оглядывались на кричащих и истекающих кровью соратников и никак не могли понять, что же произошло. Командиры выкрикивали приказания, пытаясь восстановить строй, а сзади на первые ряды напирали все новые и новые отряды, бегущие из леса и спасающиеся от летящих с деревьев стрел. Когда сумятица и хаос среди наступающих достигли своего апогея, раздался второй громоподобный залп – и люди Йореса просто побежали, сломленные чудовищными потерями.
– Добьем их! – Руффорд выхватил меч и первым спрыгнул с вала. Следом за ним с воем и криками последовали его гвардейцы, командиры и все те, кто ждал приказа внизу.
К людям Грега, стреляющим каждый раз, как удавалось перезарядить ружья, вновь присоединились лучники, пытающиеся нанести побольше урона, пока их товарищи еще не добежали до противника.
Джозеф видел, как Руффорд первым ворвался в расстроенные ряды врагов и принялся рубить направо и налево, ловко орудуя двуручным мечом с удлиненной рукоятью. Его личная гвардия и многие другие воины отстали от него не более чем на пару шагов.
– Эй, солдат! – окликнул Джозеф сигнальщика, который трубил в рог по приказу Руффорда. – Через полчаса труби отход и передай своему командиру, что я приказываю ему любой ценой удерживать эти позиции и беречь солдат. Я отправлюсь в лагерь и приведу подмогу.
– Слушаюсь, милорд! За Анклавы!
Джозеф кивнул ему в ответ, ловко запрыгнул в седло поданной ему лошади, забрал поводья и понесся во весь опор в лагерь.
Западный склон холма густо окрасился кровью еще до того, как отряды из армии Йореса успели добраться до его середины. Лучники знали свое дело и не пускали стрелы зря, пока солдаты осторожно, шаг за шагом, поднимались, укрываясь за щитами и ожидая обстрела в любую минуту. Воины Джозефа внимательно следили за продвижением противника и выжидали момента, пока один из отрядов не будет вынужден растянуться узкой колонной, обходя очередную вырытую яму с шипами, или пока командир не развернет его спинами к обороняющимся, опасаясь двигаться дальше по усыпанному ловушками склону. Тогда-то они и давали волю своим стрелам, осыпая раскрывшегося противника сразу со всех сторон, до тех пор, пока выжившие не ударятся в панику и не побегут, бросая оружие.
Те же, кому удавалось выстоять и, сохраняя строй, продолжить подъем, очень быстро оказывались атакованными безумными гвардейцами Дерринга, который лично вел их в бой, размахивая огромным топором, способным крушить щиты и рубить доспехи, какими бы крепкими они ни были. Вылазки Дерринга всегда были неожиданными, яростными и очень стремительными. Казалось, что он и его бойцы вырастают буквально из земли и поспевают повсюду, не зная пощады и так же быстро отступая под прикрытием стрелков, которые без промаха бьют любого, кто рискнет увлечься преследованием их отчаянного командира.
Но, несмотря на все старания и усилия обороняющихся, не считаясь с потерями, армия Йореса медленно, но верно карабкалась наверх, с каждой минутой то тут, то там отвоевывая себе еще один кусочек и оказываясь на шаг ближе к вершине.
Джозеф наткнулся на Дерринга как раз в тот момент, когда тот сорвал с головы помятый шлем с устрашающими рогами на куполе и яростно швырнул его о землю.
– Проклятье!
– Тише, Дерринг, тише, что стряслось?
– А, Джозеф… Я тебя не заметил. Эти упрямые ублюдки никак не желают останавливаться, – он цедил слова сквозь зубы, переполненный яростью. – Я потерял много хороших парней, а убил в десять раз больше, но они продолжают напирать. Боюсь, Джозеф, они скоро будут здесь.
Джозеф кивнул, он тоже пришел к такому выводу сразу, как увидел битву за западный склон.
– Что случилось там, у леса? – Ярость Дерринга потихоньку начала проходить, и к нему вернулась способность размышлять здраво. – Я слышал грохот выстрелов и крики.
– Йорес хотел обхитрить нас, послав свои отряды в лес еще до того, как началась битва внизу. Думаю, он рассчитывал занять нас тут, пока его бойцы прорвались бы на юге и ударили нам в тыл.
– И что же помешало им это сделать? – Дерринг нахмурился, зная, какие малые силы обороняли кромку леса. – Мастер Грег?
– Скорее лорд Руффорд, – Джозеф зловеще улыбнулся. – У этого парня настоящий талант, он смог устроить знатную резню бойцам Йореса, которые сунулись в лес. Думаю, он удержит позиции, по крайней мере какое-то время.
