— Дней через пять об этом все забудут, и она будет спокойно жить себе дальше, а ее отец не сможет нас тронуть, потому что его обвинят в предвзятости. А если тебя кто-то тронет, тоже обвинят его. Оно ему надо? А так он скажет — дочь молода, глупа, всем надо пару раз ошибиться, чтобы увидеть истину. Ну что-нибудь в этом роде.
— А тут еще этот шпион.
— Какой шпион?
Всеслав поднял глаза на Адама:
— Ты чего? Мясник нам звонил только что.
— Ах да. Слушай, как будто с этого звонка вечность прошла. Как он сказал — Павел Волошин?
Глава 17
Лучшим местом для охоты на двух зайцев, а именно представить общественности Зою Авлот как новоявленную защитницу большеголовых людей и выяснить, был ли честен Мясник, Всеслав и Адам посчитали вечер протеста против продажи участков на Луне.
— Ее даже не освоили, а уже продают, — это звучало почти как лозунг, из каждой кучки, собравшихся здесь инакомыслящих прогрессивных людей.
Но именно этот вечер своей новизной и должен был собрать большое число посетителей и прессы. На огромном шатре при помощи проектора звездного неба можно было любоваться звездами и огромной луной, представленной во всей красе со своими кратерами и морями.
Зоя приехала вместе с Всеславом, Адамом и Патриком. Они немного опоздали, отчего Всеслав был явно не в восторге. Засветиться перед прессой в суете перед выступлением было довольно нелегко. Единственным его козырем оставалась Галина Аккерман, журналистка одного из молодежных телеканалов. Она была освещена Всеславом лично — с кем он собирается посетить сегодня этот планетарий.
Та, предвкушая отличный эксклюзив, уже кружила около входа, выжидая своих интервьюеров. Несмотря на то, что она старательно пыталась держаться от коллег, от хищных взглядов расторопных работников прессы не укрылась ее явная заинтересованность к Всеславу. То, как Аккерман стремительно рванула к лидеру человекоборцев, как только он вошел, вызвало подозрение, не знает ли она чего-то, что нужно знать и журналисты потихоньку стали подтягиваться к компании новоприбывших.
Всеслав был доволен. Вчера он никак не мог решиться, кого же поставить в известность о том, что завтра он выйдет в свет с дочерью министра Авлота. У него было две претендентки — Галя Аккерман, милая полноватая девушка, только начинающая свою карьеру, и это был бы ей просто подарок, и Алиса Крюкова, старая подруга Всеслава, работающая на одном из ведущих телеканалов, жуткая блондинка, ставшая настоящим гуру в своем деле.
Он выбрал Галину и не ошибся. Та по своей неопытности привлекла внимание, большое внимание. И хотя ее эксклюзив стал не эксклюзивным, надо отметить свой диктофон в рот Всеславу совала именно она и задавала больше всех вопросов.
— Представьте, пожалуйста, вашу спутницу. Хотя можете и не представлять, потому что я ее узнала, — Аккерман начала разговор меткими, заранее отработанными фразами. — Добрый вечер, госпожа Авлот. Подскажите, как дочь министра обороны оказалась в компании человекоборцев?
— Я— я, — растерялась Зоя, — пришла, потому что меня пригласили.
— Так вы не знали, что Всеслав Белик — лидер партии человекоборцев, защищающих права большеголовых людей?
— Конечно, я знала.
— А вы знали, что ваш отец совершенно не одобряет эту партию, а про вашего спутника говорил, что он шут гороховый?
— Не совсем так, но он не одобряет политику человекоборцев.
— То есть они не подружились?
— Так, — вмешался Всеслав, — вы задаете неуместные вопросы. Как вы вообще узнали, что она дочь министра?
— Зоя Авлот известна благодаря своему отцу, — резко ответила журналистка, — она не скрывает свою личность и легко можно узнать, кем ей приходится министр Авлот. А вот о ваших отношениях еще пока никто не в курсе.
— Мы… — Зоя запнулась, увидев, что на них смотрела уже не одна пара любопытных глаз, — Мы вместе. Всеслав — мой молодой человек.
После «у — у–у» и «ах», на Всеслава с Зоей посыпалось огромное количество вопросов. Но Зоя, хоть и была ошарашена свалившейся на нее популярности, довольно неплохо справлялась. Она могла точно выразить свою гражданскую позицию и дать определение своим чувствам к Всеславу, впрочем, как и дать понять пронырливым журналистам, где заканчивается общественное и начинается личное
Всеслав был удивлен. Он думал, что ему придется защищать ее от этих акул пера, готовых душу из тебя вынуть, лишь бы нарыть что-то интересное, но Зоя мастерски уходила от каверзных вопросов и отвечала на те, что считала нужным. Могло даже сложиться впечатление, что она сама подводила журналистов к тем темам, которые хотела затронуть. Министр Авлот мог бы гордиться дочерью, не зря она шесть лет потратила на факультете по связям с общественностью.
Но все же, как только выдалась возможность, Всеслав сразу же прекратил все интервью. Он услышал, как объявили о первом лоте благотворительной акции, и отправил всех журналистов от греха подальше. Он посмотрел на свою спутницу — Зоя раскраснелась, видно, несмотря на кажущуюся легкость, с которой она расправлялась с неудобными вопросами, все было не так уж и просто.
— Ты молодец, милая, — ободрил он ее.
