У чернявого переводчика даже сверкнули глаза - такими соблазнительными казались ему обещания вещуна.
- Что же именно нужно от нас прославленному Дорбатаю? еще раз спросил Дмитрий Борисович переводчика.
Друзья, внимательно следившие за этими переговорами, заметили, что, когда археолог произнес слова "прославленному Дорбатаю", старик бросил взгляд в сторону чужеземца и на его лице мелькнуло что-то похожее на легкую усмешку. Но потом его лицо приняло прежнее выражение, и он заговорил так же спокойно и холодно, как до сих пор.
- Условия достопочтенного Дорбатая таковы: чужестранцы должны безоговорочно выполнять его волю, все его приказы. И первый приказ - не показывать народу ни одного чуда без разрешения вещупа. Короче, мужчины должны стать его ближайшими помощниками...
- Мужчины? - насторожился Артем.
- Девушка же, которой выпала честь понравиться сыну великого вождя, Гартаку, получит еще больше, - невозмутимо продолжал переводчик. - Она станет четвертой, любимой женой наследника великого вождя...
- Что?
- Женой?
- Четвертой?
Все эти возгласы прозвучали одновременно, возмущенные и единодушные. Лида - четвертая жена противного кривобокого Гартака?! Ей "выпала великая честь"?
- Он сошел с ума! - взорвался Артем. - Скажите этому Дорбатаю, что у нас сначала спрашивают девушку, хочет ли она выйти замуж за кого-нибудь, а уже потом обсуждают такие дела.
- Да пусть он провалится со своим Гартаком! - чуть не плача крикнула Лида. - Я комсомолка и студентка, а не какая-нибудь феодальная или древняя рабыня!
- Правильно, Лида! - поддержал ее Артем. - Пусть этот Гартак явится сюда, а не прячется за чужие спины. И тогда я лично покажу ему где раки зимуют! Эй ты, старый мошенник, давай сюда своего Гартака! - Пылавший от гнева Артем готов был броситься на Дорбатая с кулаками, и только Иван Семенович смог призвать его к порядку.
Вдруг край кошмы, закрывавшей вход, заколебался, будто его толкнули. Чья-то тень проскользнула в темноте. Лида скорее угадала, чем увидела, неуклюжую фигуру кривобокого.
- Это Гартак! - крикнула она. - Он подслушивал!
- И очень хорошо, - спокойно сказал Иван Семенович. Значит, он сообразил, как мы относимся и к его сватовству и вообще к предложениям Дорбатая. Стало быть, Дмитрий Борисович, сообщите, что мы не собираемся выполнять условия Дорбатая и помогать ему обманывать народ. Правильно я говорю, товарищи?
- Правильно!
- Верно!
- Иначе и быть не может!
Дорбатай внимательно слушал то, что переводил ему с многочисленными поклонами смуглый человечек. Ни один мускул не дрогнул на его лице, словно в ответе чужестранцев не было для него ничего неожиданного и неприятного. Однако когда он снова заговорил, в его голосе легко можно было уловить нотки раздражения.
- Старик, кажется, сердится, - шепнул Артем Лиде. Девушка пренебрежительно пожала плечами: дескать, пусть сердится, мне-то какое дело.
- Прославленный Дорбатай не сказал еще всего до конца, таков был ответ старого вещуна, старательно изложенный чернявым переводчиком. - Прославленный Дорбатай желает добавить: если чужестранцы не согласятся на его условия, то их лишат жизни завтра же утром, во время большого жертвоприношения. Такими жертвами и будут чужестранцы. Пусть же они выбирают: либо почести и богатство из рук прославленного Дорбатая, либо смерть завтра утром...
- И снова же, Дмитрий Борисович, попросите перевести ему следующее: мы не боимся угроз, - твердо ответил Иван Семенович. - Нам не о чем говорить дальше. Посмотрим, удастся ли ему осуществить завтра то, что он намеревается сделать!
Лицо вещуна перекосилось от злобы. Испуганный переводчик даже присел, как бы стремясь уклониться от его гнева. Но Дорбатай сдержался. Он молча повернулся и вышел. Переводчик обвел удивленным взглядом чужестранцев. Он не мог понять: им предлагают счастье и богатство, почему же они отказываются от него даже перед лицом смерти? Изумленно покачивая головой, он покинул кибитку вместе со слугой, несшим коптилку.
Снова стало темно. С минуту продолжалось молчание. Его нарушил Дмитрий Борисович.
- Что же будет дальше, товарищи? - спросил он растерянно.
- Ясно что: подробно познакомимся с религиозными обычаями древних скифов, - с мрачным юмором заметил Артем. - С археологической точки зрения, имею я в виду...
- Сейчас не время для острот, особенно столь сомнительных, - рассердился на юношу археолог.
- Я думаю вот что, - вмешался Иван Семенович. - Мы успеем еще поговорить обо всем, товарищи. А сейчас нам надо спросить Варкана, не принесет ли он нам сюда к утру наши сумки, которые остались в кибитке Сколота.
- Варкан обещает это сделать, - ответил археолог, спросив молодого скифа. - Сумки будут тут к рассвету!
- Хорошо. Да, совсем забыл! Попросите еще Варкана, Дмитрий Борисович, чтобы он рассказав, кому сможет, про то, что и у нас есть чем противостоять Дорбатаю. Ладно?
- Ну конечно.
- Это все.
Через минуту, когда Варкан тихо выскользнул из кибитки, приподняв кошму у земли, Артем обратился к геологу:
