Алымов пошел проводить Веру до машины, а Ася постояла, задумчиво покусывая губы, потом быстро прибралась и накрыла стол заново – для Сергея. Посмотрела на себя в зеркало, висевшее в коридоре, покачала головой и вздохнула: ну, вообще! Вот заразное какое слово, надо же… Они с Алымовым еще долго сидели на кухне, хотя Асе давно пора было спать. Сергей поглядывал на нее с радостным удивлением, но обоим было как-то неловко.
– О чем вы тут с теткой разговаривали? Мне, что ли, кости перемывали? – не выдержал он в конце концов.
– Конечно, – чуть улыбнувшись, ответила Ася. – О чем же нам еще говорить? Только о тебе, любимом.
Он даже прищурился, вглядываясь в нее, но потом догадался:
– Да ты же выпила! Я сразу не понял.
– Сереж, а почему Вера сказала, что она твоя вторая матерь?
– Так и есть. – Он пересел к Асе на диван и с наслаждением вытянул ноги. – Она меня выкормила. Так что я – ее молочный сын.
– Правда?
– Это долгая история. Вера – вторая жена Деда. Или третья, не помню. Он сам путается. Семь раз был женат, но последней супруге говорил, что шесть, потому что двух предыдущих жен звали одинаково, и они сходили за одну. Ну вот…
Алымов рассказывал, Ася слушала, его рука лежала на спинке дивана, почти у нее на плечах – так невозможно близко, что мурашки бежали по коже. У Сергея был усталый вид, но он улыбался и нежно смотрел на Асю, которой хотелось просто закрыть глаза и упасть к нему в объятья – будь что будет!
– Так получилось, что у Веры с мамой разница в сроках была совсем небольшая. Дед еще радовался, что у него чуть не одновременно появятся на свет и дочка, и внук. Но их девочка всего две недели прожила. Вот Вера меня и кормила. У мамы молока не было.
– Господи… Бедная Вера…
– Вера не могла больше детей иметь, привязалась ко мне. У нее с мамой были непростые отношения. Честно говоря, я между ними как меж двух огней рос. Обе ревновали меня друг к другу. А с Дедом они потом разошлись. Вера – актриса, и хорошая, как говорят. Но давно не играет. Она пила очень сильно одно время. Потом бизнесом занялась. Они с мамой в девяностые ателье открыли, шили на рынок и на заказ. Вернее, мама и другие мастерицы шили, а Вера торговала. Сейчас преуспевает, она хваткая. Вот такая история, Малявка.
Алымов разглядывал Асю и думал: все всегда от него чего-то хотели – мама ждала от сына совершенства, а он никак не дотягивал до ее идеала; Дед хотел, чтобы внук оставался маленьким, а тот неизбежно подрастал; Вера воображала, что он ее собственный ребенок, а это было не так. Он довольно рано понял, что взрослые находятся в очень сложных отношениях друг с другом, и научился подстраиваться под каждого, не забывая о собственной выгоде. Дед задаривал его игрушками и заграничными шмотками, а когда он вырос – оделял деньгами. К его чести, он никогда ничего у Деда не просил. Вера была для него скорее старшей сестрой, чем второй мамой: с ней можно было вволю валять дурака, лазить по деревьям и есть мороженое, сколько влезет. Одна только Ася не хотела ничего и принимала своего Ёжу целиком, со всеми его заморочками. Она всегда была на его стороне, что бы он ни делал, всегда! Только с Асей ему не надо было играть, притворяться, подстраиваться. Он был самим собой. Так что же получается: все эти годы он убегал вовсе не от Аси, а от себя самого? Может, хватит уже бегать по кругу?
Сергей с Асей смотрели друг на друга, не в силах оторваться – словно невидимый хрупкий мостик строился между ними: взгляд за взглядом, звено за звеном. Мостик, возвращающий их на тринадцать лет назад, в их еще общую юность.
Звено за звеном…
Взгляд за взглядом…
Все прочнее, все крепче…
Все ближе…
И рука Сергея лежала уже на Асиных плечах…
И дыхание перехватывало у обоих, и…
Но тут зазвонил мобильник Сергея. Он чертыхнулся, встал с дивана и пошел в свою комнату, прижав трубку к уху:
– Да! Нет, не сплю. Ты же сказал, что позвонишь, я жду…
Ася печально вздохнула: он просто ждал звонка! А она было подумала…
Когда Алымов вернулся, на кухне никого не было. Он поскребся в дверь Асиной комнаты:
– Малявка, ты уже легла?
Ася приоткрыла дверь – увидев ее испуганные глаза, Алымов смутился:
– Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи.
– Хорошо… Спасибо…
– И еще забыл спросить: ты ничего не выяснила про дедушку-прадедушку?
– Про дедушку? А-а! Я и забыла…
– Узнай у своих, ладно?
– Ладно.
– Я так рад, что вы с теткой подружились. Она вообще-то очень одинокий человек.
– Я тоже рада…
Сергей быстро чмокнул Асю в щеку и ушел. Она тихо прикрыла дверь. Постояла некоторое время, рассеянно улыбаясь, потом прыгнула в постель и беззвучно завопила от восторга: получается, получается! Может, она фея – Вера Павловна? Взмахнула своей черной сигареткой, как волшебной палочкой, – и вот, пожалуйста: построился мостик! И не рухнул, держится!
