Несмотря на чудовищную усталость, Сергей внезапно развеселился: Ася пылала таким праведным гневом, так возмущалась и кипела – ну просто классическая семейная сцена, только сковородки в руках не хватало.
– Аська, ты прямо как жена! – не удержался он и тут же пожалел: глаза Аси налились слезами, и она ушла к себе, хлопнув дверью. Вот черт!
Алымов мученически вздохнул и пошел к Асе. Она отвернулась к стене и накрылась с головой одеялом, так что Сергею пришлось произвести некоторые раскопки, чтобы добраться до ее расстроенной физиономии.
– Ну, Асенька, прости, пожалуйста! Я как-то не подумал.
– Пусти! Что ты навалился, мне тяжело! И вообще, я завтра же съеду.
– Что это вдруг?
– Не хочу тебе мешать!
Она упорно не смотрела на Алымова, и его вдруг осенило:
– Ася, ты что? Ты подумала, я у любовницы, что ли, был? Ты ревнуешь?
– Очень надо! Меня совсем не волнует твоя личная жизнь. Просто я переживала: вдруг что случилось…
– Совсем не волнует? Нет? – Он пытался заглянуть Асе в глаза, но она отворачивалась, тогда Сергей обнял ее. – Шшш! Тихо! Нет у меня никакой личной жизни, я же тебе говорил. Честное пионерское, это были ночные съемки! Мне еще долго так придется работать. Я устал, как собака, а ты скандалишь. Ну, виноват. Отвык, что обо мне беспокоятся.
– А почему съемки по ночам?
– Потому что днем большинство из нас занято. Вот у меня завтра репетиции, например. То есть – уже сегодня. Хорошо, спектакля вечером нет.
– А когда же ты отдыхаешь?
– В промежутках.
– Ой, у тебя кровь на шее! – вдруг испуганно воскликнула Ася. – Ты поранился?
– Где? А, это… Грим остался, сейчас смою. Моего героя слегка подстрелили. А со мной все в порядке.
Ася растерянно моргала, выражение лица у нее было обиженным и совсем детским – Алымов умилился:
– Эх ты, Малявка! Ну, что, мир?
– Ладно. Хочешь, я тебя покормлю? Я котлет понаделала.
– Я потом твои котлеты съем, хорошо? Сейчас сил нет. И ты спи давай. Личная жизнь. Выдумает тоже…
Ася взглянула на Сергея исподлобья и попыталась отодвинуться. Лицо у нее пылало, и Алымов вдруг осознал, что держит ее в объятиях так крепко, что Ася прижимается к нему грудью. Довольно пышной, между прочим, грудью. Она была в пижамке из тонкой и очень приятной на ощупь ткани, и Сергей, плохо понимая, что делает, погладил ее по спине. Теперь покраснела уже и Асина шея – он с трудом удержался, чтобы не припасть к ней губами.
– Ну, я пошел. Спокойной ночи, – сказал Алымов внезапно охрипшим голосом и быстро встал, стараясь не пялиться на ее грудь. Ася тут же натянула одеяло до подбородка. – Пока.
– Пока…
За дверью он выдохнул и все-таки отправился в душ.
Хотя Алымов и сердился на тетку, вечно встревающую куда не просят, но все же задумался. Вера Павловна словно бросила ему в душу волшебное зерно, которое набухало все больше и больше, заставляя вспоминать прошлое и мучиться запоздалым раскаяньем. Теперь он старался чаще бывать дома, а Ася, похоже, специально ждала его по вечерам и в выходные тоже никуда не исчезала. Неожиданно выяснилось, что вполне можно разговаривать друг с другом: про театр, про школу:
– Представляешь, я ругаюсь, что не слушают: «У вас в одно ухо влетает, из другого вылетает!» А Денис Крылов заткнул ухо пальцем и говорит так серьезно: «Ася Николаевна, смотрите, теперь не вылетит! Все в голове останется».
Алымов рассмеялся:
– Нет, все-таки я никак не могу представить тебя в роли учительницы.
– И напрасно. Я очень даже хорошая учительница. Дети меня любят. Сереж, кстати! Как ты думаешь, не мог бы кто-то из ваших к нам в школу прийти? К старшеклассникам. Мы задумали серию вечеров про людей разных профессий. У нас уже летчик-космонавт был, художник, балерина. Может, Савва согласился бы?
– Савва! А я что же? Не гожусь?
– Но ты так занят все время. Я не решилась. И потом, ты же не общаешься со зрителями… с журналистами…
– А ты думаешь, Савва не занят? Не общаюсь, верно. Но в твою школу с удовольствием приду. Скажешь, когда надо, я вечер освобожу. Только никаких афиш и анонсов – так можно? Сколько надо – час, полтора?
– Сколько сможешь, – медленно ответила Ася, удивленно глядя на Алымова. – Хотя бы минут сорок… Спасибо!
Он чуть усмехнулся и вдруг поцеловал ей руку. Потом встал и ушел к себе, а Ася закрыла глаза и прижалась губами к тому месту на руке, которое он целовал.
Алымов на самом деле нашел время и приехал в школу к Асе, где произвел эффект, сравнимый с небольшим землетрясением: организаторы так до последнего момента и не знали, кого ждут. Он прекрасно держался, очаровал всех, сорок минут выкладывался на сцене и стремительно убыл на очередные съемки. Вика удостоилась чести преподнести ему букет, который Сергей чуть было не отдал Асе, совершенно забыв о ее предупреждениях сохранять конспирацию.
Наматывая километры на беговой дорожке, он с удовольствием вспоминал этот вечер: Ася-то – и впрямь училка, это ж надо! Такая строгая. И хорошенькая! А тот носатый тип в полосатом галстуке явно к ней неравнодушен. Черт бы его побрал! И Алымов прибавил ходу.
