Они вылезли из машины, и Сергей взял Асю за руку. Это оказался не то лес, не то парк с узкими дорожками, вдоль которых стояли редкие скамейки, сооруженные из подручного материала – пеньков и досок. Землю покрывал ковер пожухлых листьев, ветер вяло шевелил голые ветки, пахло прелой листвой, сыростью и почему-то грибами. Из-за туч время от времени показывалось холодное осеннее солнце, и тогда лес преображался: белые стволы берез загорались матовым светом и даже синицы, казалось, начинали пищать веселее. Ася с Сергеем медленно шли по дорожке, и Ася думала: «Интересно, Ёж осознает, что ведет меня за руку?» Словно услышав, он произнес:
– Представляешь, я никогда вот так не гулял с девушкой. Взявшись за руки. Даже в юности. Как-то не до того было.
– И неправда. С одной девушкой ты гулял.
– С кем это?!
– Со мной. Помнишь?
– Ну, это в детстве.
Они вышли на небольшую полянку, где на стволе дерева висела кормушка, сделанная из большой пластиковой бутылки, – там суетились и верещали какие-то мелкие птички. Сергей подвел Асю поближе – смотри, только тихо. Ася ахнула: в траве прыгала не замеченная ею сначала белка.
– Вон еще! Видишь?
Белки шустро скакали по земле, потом одна забралась на дерево и, распугав птичью мелочь, деловито полезла в кормушку. Ася следила за белками, приоткрыв рот, а Сергей смотрел на нее и улыбался.
– Белки! Смешные, правда? – восторженно произнесла Ася, обернувшись к Алымову. И тут он наконец ее поцеловал. К кормушке подлезла другая белка, попыталась забраться – первая не пускала, и они слегка потузили друг друга, а потом обе унеслись вверх по дереву. Снова слетелись синицы и устроили привычную суету, не обращая никакого внимания на замершую у соседней березы пару.
Плавно слетел с ветки сухой лист…
Каркнула ворона, ей ответила другая…
Вернулись белки – замерли столбиками, потом понеслись дальше, легко вспархивая над землей, а их пышные хвостики колыхались и просвечивали на солнце…
Алымов открыл глаза и удивился, не в силах сразу понять, где это они – с трудом вспомнил. Ася уткнулась ему в грудь – прямо у нее под ухом билось сердце Алымова, и она некоторое время с блаженной улыбкой слушала этот неровный стук, потом подняла голову:
– А нам обязательно было так далеко ехать для этого?
Алымов рассмеялся:
– Обязательно! Ты же видишь, дома у нас ничего не получалось.
Они поцеловались еще раз, и Ася сказала:
– А давай тогда останемся здесь насовсем…
– Прямо здесь? Под березой? С белками?
– Да…
– Давай.
– Построим шалаш…
– Шалаш – хорошо! Но мы найдем кое-что поуютней. Пойдем!
Он опять повел Асю за руку. Они вернулись к машине, проехали совсем немного и оказались на улице небольшого коттеджного поселка. Сергей отпер калитку, открыл изнутри ворота и загнал машину во двор. Ася вошла и огляделась: довольно большой участок, заросший соснами и березами, а в центре – домик с высокой черепичной крышей.
– Теремок! – изумилась она. – Ёж, это же сказочный теремок! Он чей, твой?
– Теперь мой. Я купил для мамы, когда разбогател. Она тут два лета всего прожила. Тетка сюда ездила все время, присматривала. А я первый раз после… В общем, давно не был. Проходи. Сейчас я обогреватели включу. Мы печку хотели сделать, да не успели. Ты не раздевайся пока, посиди тут.
В доме действительно было холоднее, чем на улице, и Ася поежилась. Алымов включил газ, поставил чайник и ушел в комнаты. Ася посмотрела: чайник был пустой. Она налила воды и снова поставила его на газ. Сергей вернулся и присел на подоконник, спиной к свету. Ася не видела выражения его лица, но чувствовала, что он сильно волнуется.
– Тут все есть, как в городе, – и душ, и туалет. Только с теплом плохо. Ну да, это я уже говорил. Сейчас чайник вскипит. Может, ты поесть хочешь? Зря мы бутерброды не взяли. Вряд ли тут что есть, если только печенье какое завалялось. Ты какой чай пьешь?
Он открыл шкафчик и стал шарить на полках. Ася вздохнула и подошла к нему:
– Ёж!
Сергей повернулся к ней:
– Зеленый чай или черный? Есть с жасмином, но я терпеть не могу…
Ася взяла его за шарф, притянула к себе и поцеловала:
– Мы же оба хотим совсем не чая, правда? В этом доме есть что-нибудь вроде кровати?
Кровать обнаружилась в соседней комнате. Ася стянула покрывало, бросила прямо на пол, туда же полетела куртка. Она быстро раздевалась, не глядя на Алымова, который завороженно смотрел. Ася нырнула в постель и взвыла:
– А-а, ледяное все! Ужас какой! Ёж, ну что ты стоишь?
Алымов наконец очнулся и принялся лихорадочно стягивать одежду:
– Я загляделся. О, черт! Как в холодильнике! Сейчас я тебя согрею. – Он накрыл Асю своим телом. – Бедная, ты вся дрожишь!
– Это не от холода. – Зубы у Аси отчетливо клацнули. – Это от любви. Не смейся надо мной.
– Я не смеюсь, ты что! – растерянно произнес Алымов. – Что ты, Асенька…
Вдруг она вздохнула со стоном и с силой вцепилась в его плечи, запрокинув голову.
– Аська… Я же еще ничего не делаю! А ты вся горишь!
– Так делай! Делай уже что-нибудь!
