— Это я уже слышала, подружка. Если ты не перестанешь разводить сырость, твоему папочке больше не понадобится фонтан.
Когда-то они обсуждали только одну тему — как получить работу в театре, но все это было забыто, когда Кэрри переехала на ферму. Управление империей Бригстоков отнимало все свободное время, и актерские амбиции Кэрри ограничились сельским театральным кружком. Ровена «временно» устроилась в банк Бартлетта и десять лет работала там в должности младшего менеджера регионального офиса. Их мечты были отложены в дальний ящик и там благополучно умерли. Во всяком случае, так казалось Кэрри.
Но Ровена — молодец! Она, в конце концов, набралась смелости и воплотила в жизнь свою мечту. Кэрри чувствовала себя виноватой: она завидовала подруге. Да-да, и еще как завидовала! Кэрри судорожно сглотнула. Они прекрасно знали друг друга, и лгать не было смысла.
— Знаешь, что самое обидное? — спросила она, разглядывая декоративные кусты. — Что я потеряла столько времени.
— Ты не теряла время, милая.
— Теряла. И ради чего?
Она провела с Хью целых десять лет, в течение которых была ему абсолютно предана, несмотря на все искушения и возможности. А ведь можно было прожить эти годы в свое удовольствие… Знакомые пары расставались, а они продолжали держаться вместе, и Кэрри искренне полагала, что у них с Хью все будет по-другому. Как же она обманывалась! Разве может один человек полностью удовлетворить другого?
— Я рада за тебя, Ровена, — сказала она, — но не буду скрывать: меня мучает зависть.
— Не завидуй. Бабушкиных денег мне хватит только на то, чтобы оплатить один курс обучения. Я рассчитываю на арендную плату, которую буду брать с тебя за жилье. К тому же мне придется пойти работать в бар или еще куда-нибудь.
— Знаешь, чего я хочу? — спросила Кэрри.
— Полететь на Маврикий и испортить Хью медовый месяц?
— Bay… отличная идея! Не волнуйся, я пошутила, У меня нет ни малейшего желания еще когда-либо встречаться с Хью и Фенеллой. Пусть катятся ко всем чертям, мне на них наплевать! Отныне я буду наслаждаться молодостью, свободой и одиночеством. Я хочу взять реванш за те дни, которые я потратила, готовя Хью обеды, стирая его грязные рабочие комбинезоны и разбираясь в его налогах. Теперь все это ляжет на ее плечи. Надеюсь, ей понравится.
Кэрри почувствовала, что кровь снова вскипает. Она не знала, что это — гнев или жажда мести, но ощущения были гораздо приятнее, чем та смертельная тоска, которая мучила ее месяцами, поэтому Кэрри не стала им противиться.
— И когда ты приступаешь к учебе?
— В середине сентября. Я собиралась устроить грандиозную пьянку — много водки и сигарет, — но если ты говоришь, что тебя тянет на приключения…
— Еще как тянет!
— Тогда начнем прямо сейчас.
— Но как? Где? И на какие шиши? Ведь мы обе сидим на мели.
Ровена затушила свой окурок в кадке с геранями.
— Кажется, у меня есть идея.
— Да, вот это идея!
Кэрри стояла во дворике перед коттеджем и не знала, что ей делать — смеяться или плакать от разочарования. У края тротуара был припаркован автомобиль, который более уместно смотрелся бы в Скуби-Ду, чем в Пакли-Виллидж.
— Очень… интересно, — пробормотала она, разглядывая блестевший на солнце ярко-оранжевый бок чудо-машины. — И очень… необычно.
Ровена хихикнула.
— Все правильно. Именно такую реакцию я и ожидал. Люди, которые ничего не смыслят в автомобилях, никогда не оценят их по достоинству. Вам это просто не дано, — с отвращением заявил Нелсон.
— Нет-нет, дорогой, не расстраивайся! У тебя на редкость наметанный глаз. Ты выбрал потрясающую машину. Правда!
Кэрри посмотрела на ветровое стекло автофургона, которое было поделено на две части, как окна в доме. Наверное, это действительно классная машина, вот только маленькая. Как же они с Ровеной там поместятся? В бардачок едва войдет ее косметичка, а туфли… Однако Нелсон совсем приуныл, и Кэрри постаралась изобразить заинтересованность.
— Это и есть «сплитти»? — спросила она. Нелсон помолчал, как видно, решая, уйти ему или остаться.
— Да, — наконец буркнул он.
— А я-то думала, что означает это название. Все дело в ветровом стекле, да?
— Да, но… — он с благоговением открыл дверцу, — это не просто какой-то там старый «сплитти». Это автофургон «фольксваген-сплит-скрин» 1967 года выпуска, к тому же с оригинальной конверсией Кентербери Питта. Я долго уламывал продавца и отвалил ему целое состояние. Но дело стоящее. Долли — одна из лучших машин такого типа на всем юге Англии.
Долли? Кэрри не верила своим ушам: он назвал автофургон женским именем, да еще выложил за него целое состояние!
— Машина, конечно, супер. Такая чудесная малышка, — сказала Ровена и, бочком подобравшись к Нелсону, похлопала его по заднице.
Тот не обратил на Ровену никакого внимания: прелести Долли явно прельщали его гораздо больше. Он ласково поглаживал ее оранжевое крыло — того и гляди, нагнется и поцелует свою драгоценную машину.
— Почему ты назвал ее Долли?
