Потрясение полностью

На седьмой день в Аврориной квартире Лилли облизывает яблоко, ‹…› Они смеются. Она чувствует запах и вкус соли. Лилли откусывает яблоко, зажимает его во рту, поднимает голову, выплевывает яблоко ‹…› солнце омывает комнату, просачиваясь сквозь шторы от пола до потолка; шторы цвета алебастра, а стены полуночно-синие, ковер – кроваво-красный; солнце заливает комнату, а потом наступает ночь, и комната погружается во мрак; движется время, скользит между телами; влажные простыни, ‹…› жизнь встречается со смертью; пульсирует кровь.

Дни.

Ночи.

Раньше у меня была одна нога.

Мой любимый кузен сделал мне другую.

Потом явилась девочка.

Девочка, для которой времени не существовало.

Я хочу тебе кое-что отдать, сказала она.

Аврора достает из-под подушки свернутую в катушку веревку веревку цвета маисового полоза. Лилли застыла, как натурщица перед живописцем; она лежит на животе,‹…›

Аврора встает.

Лилли ждет.

Это ожидание смерти подобно.

Аврора стоит.

‹…› Сэйу Ито нарисовал свою беременную жену висящей на веревках, шепчет она на ухо Лилли; ‹…› Они не замечают, как в комнату заходит девочка, неся что-то в руках; не замечают, как она уходит; ‹…› а потом ничего, пустота, и в пустоте – всё.

Яблоко

Язык

Аврора

Щель

Аксолотль

Бедра

Потрясение

Дни

Вода

Солнце

Луна

Пещера

Брат

Факел

Пуповина

Эхнита[28]

Отец

История

Красный

Индиго

Веревка

Кит

Плач

Волны

Сапнуоти[29]

Уу[30]

Охнека[31]

Сосать

Кровь

Мальчик

Девочка

Свобода

Договор

Тимир[32]

Сон

Вожделение

Мотина[33]

Белый

Кража

Комната

Змея

Ванденс[34]

Лодка

Материнские воды

Яконкве[35]

Ночи

Нога

Черепаха

Рука

Письмо

Якут

Уол[36]

Воображаемый

Сказка

Киис[37]

Рождение

Голубой

Аврора берет руки Лилли ‹…› баюкает ее, как младенца, целует, укачивает, дает глотнуть воды, укутывает в теплое одеяло в межпространстве и послевременье.

‹…›

Я буду вечно обнимать тебя; времени не существует, пусть только сейчас – но смотри, что это? Смотри, что это там, в углу?

Там малыш, мальчик, он в крови, он голый, он сучит ножками и смеется, а пухлые ручки тянутся к двум женщинам, взмокшим от наслаждения и боли.

– Что нам с этим делать? – шипит Лилли в объятиях Авроры.

– Доверься инстинкту, – отвечает Аврора и гладит Лилли по голове.

– У меня нет такого инстинкта.

Аврора встает, подходит к малышу и берет его на руки.

– Тогда пусть воображение подскажет. Расскажи про своего брата.

Лилли укутывается в одеяло, как ребенок.

– Я очень его любила. Больно вспоминать.

– Так расскажи мне его историю, – говорит Аврора и укладывает малыша между ними.