Впервые Одри влюбилась в восемнадцать лет. Влюбилась, как ей тогда казалось, на всю жизнь в Кевина, взрослого, холеного, красивого, элегантного мужчину. Одри ловила каждое его слово. Он открыл ей мир, которого она прежде не знала, водил по удивительным местам и стал ее первым любовником. Однако когда наивная девушка призналась, что любит его, Кевин рассмеялся ей в лицо и ушел, оставив ее с разбитым сердцем.Одри поклялась себе, что ни один мужчина больше никогда не сможет так обойтись с ней…
Одри устало опустилась в кресло у иллюминатора, устроилась поудобнее и закрыла глаза, в который раз за этот долгий день мысленно возвращаясь к мучающей ее проблеме, как вдруг услышала приветствие суетливого итальянца, терзавшего ее беспредметной беседой в зале ожидания аэропорта. Она обреченно вздохнула, вынужденная смириться с обществом разговорчивого попутчика. Было ясно, что все время полета ей предстоит отвечать на банальные вопросы и как-то реагировать на безудержные восторги этого надушенного и напомаженного господина.
— Никогда еще я не был так доволен предстоящим перелетом, — прокричал чуть не на весь салон жизнерадостный итальянец на ломаном английском. — Получить столь привлекательную соседку — большая удача!
Какое поразительное невезение, удрученно подумала Одри, никогда раньше мне так не хотелось перенести путешествие на другое время. Но это было невозможно по многим причинам, главная из которых и заставила Одри спешно собрать вещи и мчаться в аэропорт.
— Я непременно должен угостить вас шампанским, — не унимался попутчик, умудрившись сопроводить столь короткую речь множеством выразительных жестов.
— Благодарю вас, — ответила Одри ледяным тоном. — Я плохо переношу полет и предпочитаю воздерживаться от спиртного.
— Тогда обещайте, что по прибытии в Рим мы обязательно отметим наше знакомство, — не сдавался итальянец.
— Спасибо, но это невозможно. Моя поездка вызвана серьезными делами, которые не терпят отлагательств. Кроме того, не припомню, чтобы мы с вами знакомились.
— Это не проблема. Меня зовут Антонио Резотто, я коммивояжер, — с готовностью откликнулся навязчивый господин, выжидающе поглядев на соседку.
— Одри Гордон, — не слишком учтиво произнесла она и добавила: — Извините, я очень устала и мечтаю немного поспать.
Итальянец что-то недовольно проворчал себе под нос и демонстративно уткнулся в газету.
Одри исподтишка взглянула на разочарованное лицо соседа и с улыбкой подумала, долго ли продлится молчаливая пауза.
Ровно через пять минут итальянец отложил газету и как ни в чем не бывало принялся донимать попутчицу разговорами.
Когда самолет приземлился в Риме, Одри облегченно вздохнула.
Увидев счастливые лица матери и отчима в зале для встречающих, Одри бросилась им навстречу, в первый момент не заметив стоявшего чуть поодаль Витторио Маричелли. Когда же ее взгляд встретился со взглядом его серых непроницаемых глаз, она остановилась как вкопанная, пытаясь унять свое сердце, готовое выскочить из груди. Она испугалась собственной реакции, поскольку встреча с Витторио не была для нее неожиданностью, ведь именно он вызвал ее в Рим телеграммой.
Мать и отчим тискали Одри в объятиях, а Маричелли терпеливо ждал, когда ему представится возможность поздороваться с гостьей. Сухо поприветствовав Одри, он извинился и, сославшись на неотложные дела, растворился в пестрой шумной толпе.
Одри разочарованно смотрела вслед удалявшемуся мужчине, вполуха слушая радостные восклицания родственников.
Всю дорогу до дома мать и отчим рассказывали ей о своей жизни, но она почти не слышала их, поглощенная мыслями о Витторио. Почему он так быстро ушел, не сказав ни слова об интересующем их обоих деле? Ведь именно из-за него он и вызвал Одри в Рим. А ей так хотелось, чтобы причина приглашения была совсем иная… Одри одернула себя, стараясь сосредоточиться на словах матери.
— Мы так рады твоему приезду, дочка! Рико приготовил обширную программу, он давно мечтает показать тебе Рим. Ты непременно полюбишь этот восхитительный город. А еще тебе предстоит познакомиться с нашими друзьями и с многочисленной родней Рико, — мать ласково погладила Одри по руке.
Все время, пока длилась эта речь, отчим не переставая кивал, неотрывно глядя на Одри счастливыми глазами.
— Вряд ли я смогу заняться всем этим, мама, — рассеянно откликнулась она. — Ты же знаешь, я приехала по делу.
Родители растерянно переглянулись.
— Конечно, работа прежде всего, — с энтузиазмом подхватил отчим. — Но надо же и немного отдохнуть. Об этом мы с твоей мамой и говорим.
— Мне нужно как можно скорее договориться с Витторио об аренде участка и вернуться домой, ведь я все бросила и примчалась сюда, получив его телеграмму. А любоваться достопримечательностями я буду, когда возьму отпуск.
Одри даже не заметила, как задели эти слова мать и отчима. Они старались не смотреть друг на друга и спешно перевели разговор на нейтральную тему.
Последующие три дня Одри тщетно пыталась уладить свои дела, чтобы побыстрее вернуться в Лондон. Маричелли пропадал на раскопках, так и не удосужившись найти время для разговора с Одри. Чтобы чем-то занять себя, она решила съездить на экскурсию, заодно доставить удовольствие отчиму.
Но неразрешенные проблемы и непрекращающийся дождь мешали Одри любоваться местными красотами. Кроме того, количество памятников в Риме действительно ошеломляло!
Она вернулась домой, чувствуя, что накопившееся раздражение вот-вот вырвется наружу, и с облегчением вспомнила, что родители собирались пойти в гости.
