Он сходил за вёдрами, вышел за калитку. Два стражника, снова другие чем прежде, незнакомые, поодаль о чём-то переговаривались с рыцарем в лёгких чрезвычайно искусных доспехах. Вся троица обернулась, оглядев Руна, он отвесил им поклон. Мимо проходили две женщины с корзинами белья - тётя Нази и бабушка Яста. Здороваться не стали, лишь посмотрели колко. В прошлом Руна просто не замечали, к тому, что с ним никто не здоровается, он привык, можно было бы предположить, не все в деревне оттаяли к нему из-за феи, и удовлетворится этим объяснением произошедшего, если бы не парочка странных “но”. Вообще-то сейчас его как раз заметили, но вместо обычного равнодушия в глазах наблюдался явный негатив. Руну по большому счёту было всё равно, чужие люди, от их отношения ни горячо ни холодно. Слегка озадачило, и всё. Вероятно завидуют. На развилке дороги перед спуском к реке он пересёкся ещё с одним односельчанином. Лесоруб Джех возвращался со сторожки.
- Здоров, феелов, - сказал он, остановившись.
- Добрый день, дяденька, - ответил Рун.
- Всё ли хорошо у феи?
- Да, - пожал Рун плечами.
Джех вздохнул:
- Отпустил бы ты её, парень. Не бери греха на душу. Она… невинна. И ещё девочка совсем. Несмышлёная. Нельзя её принуждать.
- Я её не принуждаю, - промолвил Рун спокойно.
- Принуждаешь, - возразил Джех, осуждающе глядя на него. - Подумай, кто есть ты, и кто она. Не порти ей жизнь.
- Вы бы поймали, вы бы отпустили? - поинтересовался Рун скептически.
- Я бы взял три законные желания. А потом отпустил. Трёх желаний достаточно. За глаза. А так, как ты, поступать греховно, - сурово поведал Джех. - Пожалей её.
- Я подумаю, - пообещал Рун.
Джех кажется не поверил. Выражение его лица стало ещё суровее. Даже мрачным. Он, более не слова ни говоря, пошёл своей дорогой. А Рун пошёл своей.
На реке в этот раз не было ни ребятни, ни взрослых. Никого. Лишь лодочник Шим причаливал к отмостку, перевозя какого-то воина с того берега. Знатного, хотя и не самого родовитого, одет в ладные кожаные доспехи, без особых изысков вроде гербов и вышивки, за поясом меч и кинжал в посеребрённых узорчатых ножнах. Ножны и выдавали статус этого человека, как имеющего некоторый вес и значимость. Не всякий путник возьмёт с собой в путешествие дорогое оружие. Побоится грабителей. Надо иметь уверенность в себе и в своих боевых навыках, чтобы взять.
- А это как раз и есть тот самый женишок феи, - донесся до Руна тихий голос Шима.
Воин оценивающе смерил Руна взглядом, выбрался из лодки и сразу подошёл. Рун как раз зачерпнул второе ведро.
- Бог в помощь, юноша, - непринуждённо произнёс воин.
- Спасибо, - кивнул Рун.
- Говорят, ты жених феи.
- Я тоже слышал об этом, - отозвался Рун спокойно.
- О, да ты серьёзный малый, - улыбнулся воин. - Постой, не уходи, давай поболтаем.
- О чём? - посмотрел на него Рун с лёгким недоумением.
- О фее конечно.
- Я вас не знаю, зачем мне с вами говорить о ней? - заметил Рун. - Тут всё равно всем известно о нас, вам всё охотно расскажут в таверне здешней, или на постоялом дворе. Или любой местный, кого ни спросите.
- Ты же местный, вот и расскажи, - с усмешкой промолвил воин.
- Я как раз исключение, - объяснил Рун. - Фея моя невеста, если я буду о ней говорить, выйдет, как будто докладываю постороннему, кого впервые вижу, о её жизни. Это будет странно. И неправильно.
- Надо же. Какой рассудительный, - подивился воин не без юмора. - А если я тебе заплачу, коли расскажешь мне о ней да покажешь?
- Не надо, - покачал головой Рун равнодушно.
- Пять серебра.
- Нет.
- Десять.
- Оставьте себе.
- Ты умеешь торговаться, - похвалил воин весело. - Двадцать.
Рун призадумался. Двадцать серебряных монет - огромная сумма. Прямо деньжищи.
- Зачем вам это? - обратился он с искренним непониманием к собеседнику, словно взывая к его благоразумию. - У любого расспросите здесь. Вам бесплатно с удовольствием всё расскажут. Сплетничать народ любит, хлебом не корми. А увидеть, где-нибудь поодаль от дома моего подождите, чтобы стража не погнала, всё равно увидите рано или поздно. Мы же выходим. Она выходит.
- Эх, друг, люди много языками чешут не по делу, мне нужна информация из первых уст, - поведал воин со значением. - Я, собственно, мимо проезжал, даже не знал, что у вас тут такое творится. В моих краях ещё не знают, я думаю. Придётся отложить поездку, вернусь домой, доложу лорду своему. Это важные сведенья. Не хочу его в заблуждение ввести хоть в мелочи. Поэтому из первых уст. Ну и посмотреть обязательно, собственными глазами убедиться, а то может привязали крылья к девице, чтобы дурить простофиль.
- Она летает вообще-то, ногами земли не касаясь. У неё крылья не просто так.
- Увижу, поверю. Как рассказывать лорду, коли сам не видел? Несерьёзно это, - резонно ответствовал воин. - Так ты согласен? Двадцать серебра. За чуток болтовни. Ты вообще понимаешь, насколько это много за такой пустяк?
