– Ты правда думала, я не замечу, что ты затеяла? – Он говорил обычным тоном, но в голосе слышались нотки упрека.
– Ну да, – выдавила я.
– Я тебя знаю достаточно хорошо, по крайней мере, представляю, что творится у тебя в голове. И тебе должно стать, наконец, ясно: я никуда не отпущу тебя одну и уж тем более без защиты. Я твой идеальный миньон, уже забыла?
Я взяла его за руку и улыбнулась.
– Просто я не могу сидеть и бездействовать. Это сводит меня с ума.
Он поцеловал мои пальцы.
– Я знаю. Давай пойдем и наконец-то узнаем правду.
– Мы отличная команда, Лэнсбери.
Он потянул меня назад и наклонился. Его губы нежно прикоснулись к моим, и он подарил мне короткий, но прекрасный поцелуй.
– Пожалуйста, не оттесняй меня больше, Малу.
– Обещаю, – ответила я, находясь в легком тумане. – Кстати, я запишу поцелуи в список обязанностей миньона.
Лэнсбери ухмыльнулся и повел меня дальше.
– Под номером один, я надеюсь. Нет, два. После Шелдона. Иначе я могу оказаться в темнице.
Не зная, плакать или смеяться, мы пошли дальше к книжному магазину, который мы уже использовали, когда сбегали от Талии. Улица возле дома Лэнсбери выглядела, как и прежде, но я знала, что внутренний мир домов и магазинов вокруг нас изменился. Так же было и со мной. Снаружи я все еще была Малу, но внутри кое-что поменялось. Я лишь надеялась, что переживу этот день и смогу подробнее изучить ту часть себя, которая теперь была посвящена Лэнсбери. Как раз в тот момент, когда я хотела сказать ему об этом, он рухнул рядом со мной. От страха я обернулась и встретилась лицом к лицу с той, которую, я надеялась, больше никогда не увижу. Это была главная стерва Полигимния, со свитой из двух других муз. В ее руке горело что-то красное. Магия.
Мне хотелось кричать, ругаться, драться, но вместо этого мое тело застыло в ступоре. Магический ступор, как перед предстоящим поцелуем музы. Я орала и бушевала, однако лишь в своей голове, снаружи я оставалась неподвижной.
– Привет, воровка. Время финала. – Подлогимния подняла руку, и горячий красный луч, похожий на маленькую молнию, поразил меня. Я упала на землю рядом с Лэнсбери, все стало темным, как чернила.
Первым, что я почувствовала, была рана на руке. Она ужасно пульсировала. Я хотела провести по ней другой рукой, чтобы узнать, не кровоточит ли она, но не могла пошевелить ей. Веревки впивались в кожу на конечностях. Руки были связаны за спиной так же, как и ноги. Я сидела на очень неудобном стуле и медленно моргала, но ничего не видела. Вокруг меня царила темнота. Попытка позвать Лэнсбери обернулась провалом, так как рот был заклеен скотчем.
Все происходящее я воспринимала вяло, от пронзительной боли у меня кружилась голова. Эта проклятая Полигимния! Когда я доберусь до нее, я сверну ей шею. Я огляделась в надежде увидеть хоть какой-нибудь лучик света. Когда мне так и не удалось ничего обнаружить, я разочарованно хрюкнула.
В этот же момент я услышала шаги, доносящиеся справа.
– На помощь! – кричала я, но из-за скотча, которым был заклеен рот, это звучало как «мммм». Никто не ответил мне. Но там точно кто-то был. Я распахнула глаза в еще одной попытке распознать что-нибудь в темноте. И в следующее мгновение очень пожалела об этом, потому что стало светло, даже ярко. Я слишком поздно закрыла веки, поэтому увидела танцующие точки света перед глазами, к тому же боль прожигала мое тело и отдавала прямо в голову.
– Леди и джентльмены, я приветствую вас в театре Найтскай, – прокричал чей-то голос. Медленно глаза привыкли к обстановке. Единственный луч света падал сверху прямо на меня. Вокруг меня был приглушенный свет, но театральный зал – я могла разобрать только часть, находившуюся передо мной – был освещен тусклыми огнями на стенах. Силуэт мужчины шагал справа вдоль сидений в мою сторону. Должно быть, говорил он, но из-за яркого света я не могла разобрать. Я где-то уже слышала этот голос, но это был не Том. С одной стороны, я почувствовала облегчение, с другой стороны, я не знала, жив ли Том. Голова раскалывалась. Но кому принадлежал этот голос? И где был Лэнсбери? С ним было все в порядке? Если бы с ним что-то случилось, я бы…
– Мы рады, что вы позволили развлечь себя именно нам. Сегодня мы представим вам совершенно новую постановку, которая является продолжением успеха произведения «Театр смерти», – кричал голос дальше и, не останавливаясь, подходил ко мне.
Оглядевшись, я поняла, что мой стул стоял на сцене. Но речь шла не о театре Лион, который упоминался в сообщении, а о театре Найтскай. Да что это – в прямом смысле этого слова – была за постановка?
Мужчина дошел до лестницы, ведущей к сцене, и поднялся ко мне. Я до сих пор не понимала, кто это был.
– Но прежде чем мы начнем спектакль, я кратко перескажу, что происходило ранее. Мы ведь все должны быть в курсе, не так ли?
Сцену осветил второй луч света. В центре стоял мужчина, пару раз моргнув, я узнала его.
Это был мистер Пэттон.
