– Я так нервничаю, – шепчет Грета, стоя с другой стороны от меня. Она последняя в ряду конкурсанток, что помогает мне не чувствовать, будто наш порядок на помосте указывает на степень благосклонности Дориана. Насколько я знаю, Грета не сделала ничего, чтобы заслужить его неудовольствие, если только он не узнал о ее фальшивых ушах. Прежде чем украсть браслет Ванессы, я задумалась о том, чтобы рассказать, что Грета носит сценический реквизит и, скорее всего, даже не является фейри, но мне вроде как нравится эта девушка. Определенно больше, чем Ванесса. И, в отличие от Фрэнни, Грета хочет здесь остаться. Кроме того, раскрыв чью-то тайну, было бы гораздо труднее остаться нейтральной стороной.
– …а теперь давайте начнем Церемонию благословения, – произносит отец Виктор, отчего мое сердце снова начинает трепетать. Грета хватает меня за руку и взвизгивает от возбуждения.
Ради всех ракушек. Время пришло.
Виктор меняется местами с Дорианом, но я не осмеливаюсь посмотреть в его сторону. Вместо этого пытаюсь придать своему лицу выражение надежды, хотя готова поспорить на тысячу цитриновых фишек, что выгляжу так, будто страдаю запором.
Благодаря впечатляющей акустике нефа, глубокий баритон Дориана разносится над аудиторией.
– Спасибо, что присоединились к моей первой Церемонии благословения. В попытке найти себе невесту, мне было приятно познакомиться с этими прекрасными участницами.
Я стараюсь не морщить нос от того, каким ровным кажется его голос. Неужели я единственная, кто это замечает? Он совсем не похож на восторженного жениха. Хотя, полагаю, в этом есть смысл, ведь он не хочет жениться на фейри. Для него гарантированное гражданство – необходимое зло, открывающее путь к возможности получить наследство, что оставил его мерзкий отец. Человек, по стопам которого идет и сам Дориан. Напоминание об этом успокаивает мои нервы, и мне становится легче дышать.
Я здесь не просто так. У меня есть веская причина, чтобы остаться. Даже то, что я украла браслет, из-за которого одна невыносимая особа получила кулаком в глаз, тоже имеет определенный смысл.
На этот раз, когда я пытаюсь выглядеть, как питающая надежду барышня, все выходит более правдоподобно.
Дориан продолжает:
– Теперь я выберу тех девушек, которые завтра продолжат свое участие в конкурсе.
Держащий в руках букет лилий брат Биллиус присоединяется к Дориану в центре помоста.
– Я приготовил шесть розовых лилий, и одну простую белую, – объясняет Дориан. – Те, кому я передам розовый цветок, останутся, а та, что получит белую лилию, сегодня вечером отправится домой с искренней благодарностью за уделенное мне время.
– Лилия, – шепчет Грета с ноткой разочарования. – Я получала шляпу за каждый раунд, который прошла в «Кто хочет замуж за шляпника».
Я с трудом сглатываю, не в силах ответить. Тем временем собравшиеся в зале начинают ерзать на своих местах. Многие зрители в нетерпении наклоняются вперед.
Дориан подходит к краю помоста с розовой лилией в руке и с натянутой улыбкой поворачивается к нам.
– Ванесса Кортер.
Мой желудок сжимается, когда Ванесса почти подскакивает к нему и принимает предназначенный ей цветок. Ракушки. Похоже, ее реакции на кражу браслета было недостаточно, чтобы отправить ее домой. Но остается еще Фрэнни…
Ванесса подбегает к отцу Виктору. Священник кладет руку ей на плечо и бормочет молитву. Должно быть, это и есть благословляющая часть всей этой Церемонии. После этого священник проводит ее на другой конец помоста, где девушка улыбается, как выдра, которой досталась лучшая устрица.
На мой взгляд, Дориан объявляет другие имена слишком быстро. Джози Ричмонд, Агнес Брин, Брайони Роуз получают прекрасные розовые лилии. Остаемся только Фрэнни, Грета и я. На одно мимолетное мгновение я задаюсь вопросом, не стоим ли мы действительно в порядке от наиболее понравившихся к наименее. Может, Подаксис ослышался. Возможно, Грета – та, кого собираются исключить…
– Грета Гартер, – объявляет Дориан с розовой лилией в руке.
Мой желудок сжимается, когда Грета поворачивается ко мне со вздохом, прежде чем с важным видом направиться к Дориану, как старлетка, что принимает букет после спектакля. Она берет лилию, поворачивается к зрителям, улыбается и машет рукой. Помост освещает лампочка-вспышка, любезно предоставленная Сэмом Спутником и его камерой. Толпа, безусловно, любит Грету. Настолько, что отцу Виктору приходится подталкивать девушку, дабы перевести ее на другую сторону помоста за благословением.
– Принцесса Мэйзи.
Мое сердце останавливается. Я не была готова услышать следующее имя, не говоря уже о том, что оно окажется моим. Когда внимание аудитории переключается на меня, мои щеки пылают. Взгляд падает на лилию в руке Дориана, но вместо одного цветка он сжимает два: розовый и белый.
И этот изверг не спешит показывать, какой из них предназначается мне.
Мы встречаемся взглядами, и в глазах Дориана я не нахожу и намека на веселье.
– Иди, – шепчет Фрэнни, толкая меня локтем в бок. И тут я понимаю, что до сих пор не сдвинулась с места.
