— Драконы любят держать живых эльфов в пасти, некоторое время… — пробормотал я, — А затем проглатывают. Никогда не жуют. Всегда проглатывают целиком. Стараются, чтобы эльф прошел в желудок как можно медленнее, живым и соображающим.
— Ух ты! — тут же восхитился иллинари, — Тут надо раздеться! Быть обязательно голым, иначе ничего не почувствуешь! А еще что-нибудь расскажи?
— Если кошка стоит жопой к тебе, задрав хвост — она тебе доверяет…
— Ух ты!
— У гоблинш большая часть нервных окончаний во влагалище, а не на клиторе, надо сразу засовывать по максимуму…
— УАУ!!!
Никто и ничто не трогало нас. В мире, где могли находиться только эльфы, не было силы, способной поднять руку на иллинари. Даже смешно. Силы, преступающие законы и традиции, готовые рискнуть всем ради совершенно абсурдного желания продвинуть свой род, клан или Дом, сдали назад при виде маленького извращенного засранца, буквально разрывающегося от восторга при обсуждении специфики получения оргазмов у гоблинш.
Никогда мне еще не хотелось так остро сбежать навсегда в Нижний мир. Жаль, что это нереально для вампира.
— Тебе в эту дверь! — махнул мне иллинари, когда мы дошли до этой несчастной двери в конце одного из бесконечных коридоров, — Иди скажи им там всё, что надо, а потом я тебя заберу к нашим! Ненадолго, на год! Ты очень забавный!
— Не пойду я с тобой, — хмыкнул я, — У меня свои дела.
— Пойдешь, — без малейших сомнений качнул головой псевдоребенок, — Я так хочу. На это уже дали согласие. Всё, иди!
Улыбнувшись ему, я подошёл к двери, взявшись за ручку и оказался окутан плотным коконом из магии. Легкий треск, пространство в очередной раз мигает… и я нахожу себя в зале, являющемся точной копией того, с которого началось это моё путешествие. За одним небольшим исключением, точнее — двумя. На диване меня ожидает довольно паршиво выглядящий Советник Адамас, а за его спиной, там, где в «моем» зале стояла странная скульптура, виднеется еще одна дверь.
— Опаздываешь, — выдохнул серый и какой-то совсем неживой на вид эльф.
— Мне стоило бить мечом по задницам охранников? — осведомился я, оглядывая свою забрызганную кровью персону, — И да, что с тобой такое?
— Я выполнил свою задачу, вампир, — ответил мне зомби, — Моё существование подходит к концу. Должен был продержаться, пока ты не выступишь, ради иллюзии, но…
— Вижу.
Магия сползала с меня, а сидящий на диване эльф, уже выглядящий сломанной куклой, дряхлел на глазах. Его кожа, исчерченная черными шрамами, темнела, покрываясь дополнительными пятнами, глаза впадали, нижняя челюсть дрожала. Адамас стремился в ничто со страшной скоростью.
— Ничего, — ответил я ему, — Меня выслушают в любом случае. Ты еще на что-то способен?
— Нет, — коротко хрипнул он мне в ответ.
— Хорошо, — коротко кивнул я, а затем обратился ну… к себе, — Дорогая, пора.
Нечто под моей одеждой, давным-давно льнувшее к плоти, медленно забурлило, щекоча, а затем начало выбираться неторопливой массой наружу, выплескиваясь из штанин под робой.
— Знаешь… — неожиданно подал голос Советник, не замечая происходящего и, кажется, не особо меня услышав, — Я им рассказал всё, что был должен. Что хотел. Бесполезно. Саркат был прав, ты был прав. Мы слишком далеко ушли… в себя. Они услышали его имя и… что? Ничего. Секундное единение, лишь чтобы… отправить парламентеров. Для вас он был легендой, а для нас? Даже… для меня? Знакомым… магом? И вот, он вернулся. Только и… всего.
— И они начали обсуждать, как и о чем будут с ним торговаться, да? — хмыкнул я, наблюдая, как рядом со мной из черной жидкой материи, невероятно похожей на текучую смолу, собирается женская фигура.
— Ты, вампир… — почти-труп неожиданно поднял голову, его глаза, напоминающие темные провалы в бездну, сощурились, — Что это…? Кто… это?
— Ты знаешь легенду Нижнего мира о Троянском коне, Советник? — поинтересовался я, взяв протянутую мне тонкую черную руку в вежливом жесте, — Ну так вот, а я, можно сказать, троянский вампир. Не удивляйся так сильно, это всего лишь Малиция, ваша новая богиня.
— Ч-что? — прохрипел еле шевелящийся труп, умудрившийся удивиться даже на границе распада.
Женщина не могла обрести свою полную форму, так как присутствовала здесь лишь частично, но с этой задачей попыталась справиться, распустив свою материю на черные нити, а затем придав им форму женского тела в платье. Выглядело это, конечно, совершенно неестественно, но для чего Малиции естественность? Сушить она её будет? Засаливать? Она же сюда не трахаться пришла.
— Если эльфы не слышат обращений, — проговорила она, отворачиваясь от меня к иссыхающему зомби, — То они услышат
— Да-да? — у меня, несмотря на проблемы с самочувствием, настроение начало улучшаться.
— Уничтожь это.
В протянутой ко мне руке возникла книга. В простом, но очень крепком переплете, украшенная неисчислимым количеством знаков и фигур по всей обложке. Толстая.
— Такая честь, — удивился я, хватая книгу выпущенными когтями и тут же разрывая на мелкие части, — С чего бы?
