Теперь Анна Луиза встала почти между мной и Дитером. Ее фразы, колкие и полные неясного смысла, летели в открытую грудь генерала, но отчего-то ранили и меня. Остро кольнуло обидой, дыхание перехватило, и я раскрыла веер, обмахиваясь им и отчаянно шаря глазами по сторонам, в надежде переключить внимание королевы. Неподалеку щебетала стайка миловидных девиц, шушукаясь между собой и постреливая взглядами в нашу сторону. Мужчины у столика, потягивающие вино, тоже смотрели на меня и не отвели взглядов, а один из них даже прикрутил напомаженный ус и фривольно подмигнул, отчего по моей спине пробежали мурашки. Я тут же отвернулась и встретилась с глазами, уже знакомыми мне — водянистыми, немного на выкате, когда-то надменными, а теперь наполненными недоумением.
Выпрямив спинку, я опустила веер и громко поприветствовала мачеху:
— Доброго вам дня, фрау Кёне!
Водянистые глаза распахнулись и выкатились еще, так что я побоялась, что они сейчас же выпадут из орбит, как шарики для пинг-понга. Нижняя губа мачехи отвисла и затряслась, затряслась дряблая шея, забрякало безвкусное колье, и я краем глаза увидела, как в нашу сторону повернулись генерал и королева. Но тут же валторны грянули вновь, двери распахнулись и дворецкий возвестил о новом прибывшем:
— Посол княжества Кентарийского, Тураон Эл'Мирт!
Дитер снова учтиво склонился к руке королевы, и я сморщилась, но с облегчением увидела, как Анна Луиза плывет к высокому длинноволосому мужчины, разодетому в меха, поэтому я отвернулась и смело глянула в глаза мачехе.
— Ты! — выдохнула та, вытянув в трубочку густо напомаженные губы.
— Вы! — поправила я. — Герцогиня Мейердорфская к вашим услугам.
— Чертовка! — зашипела мачеха, постепенно наливаясь злобой. — Драконье отродье! Да как посмела явиться в королевский дворец…
— По личному приглашению Его Величества, — с натянутой улыбкой ответила я. — А вы почему одна, фрау Кёне? Где же герр Якоб? — тут я сощурила глаза, делая вид, что ищу в толпе сводного братца, потом пожала плечами: — Ах, да! Он же остался в Мейердорфском замке, чистить конюшни! — и легонько хлопнула себя веером по лбу. — Какая незадача!
— Но ты… ты… ты должна была стать камнем! — продолжала шипеть фрау Кёне, надвигаясь на меня и покачиваясь, как гадюка. Слюна пенилась в уголках ее рта, как настоящий яд, и я даже отступила на шаг, брезгливо сморщив нос.
— Если кому и должна, то не вам, — с достоинством ответила я и обернулась, с удовольствием отметив, что ко мне быстрым шагом приближается Дитер. — А вот и мой муж, герцог Мейердорфский!
Подождав, пока генерал приблизится, я поймала его под локоть, привстала на цыпочки и чмокнула в твердую скулу.
— Дорогой! — проворковала я, с наслаждением наблюдая, как багровеет лицо фрау Кене. — Поздоровайся с моей мачехой!
Дитер ответно сжал мою руку, и хотя я не видела его глаз, но впервые с удивлением почувствовала, что взгляд василиска может не только опалять огнем, но и обдавать холодом. Мои обнаженные плечи тут же покрылись гусиной кожей, а выпученные глаза мачехи посерели.
— По правилам придворного этикета, — выцеживая слова, словно бросая под ноги ледяные сосульки, произнес Дитер, — первым выказывает почтение тот, чей титул ниже. — Холодная волна загустела, обдала морозом, я выдохнула, с удивлением отметив, что из моего рта вылетело облачко пара. — Мэрион моя жена, — продолжил генерал. — Следовательно, герцогиня. — Тут Дитер выдержал короткую паузу, но лишь только фрау Кёне открыла рот, не дал ей ответить и резюмировал сам: — А вы, кажется, баронесса?
— Я… я… я, — зашлепала губами мачеха, краска отхлынула от лица, глаза закатились, и мне показалось, она вот-вот хлопнется в обморок. Наконец, она собралась и промямлила: — Я думала, брачное соглашение еще не вступило в законную силу.
— Вам, баронесса Кёне, не по титулу думать, — холодно ответил Дитер, поглаживая меня по плечу. От его прикосновения я немного согрелась и едва сдерживала улыбку, глядя на мачеху, которую бросало то в холод, то в жар, и ее щеки то наливались лихорадочным румянцем, то снова серели.
— Но я тоже приглашена на королевский бал! — проблеяла фрау Кёне. — И вами, и Его Величеством. Как наследница поместья…
— Вы наследуете поместье и право распоряжаться сопредельными землями лишь в случае смерти падчерицы, — возразил Дитер. — Как видите, моя дорогая жена в добром здравии.
Он поднес мою руку к губам и поцеловал. Лицо мачехи из серого стало зеленым, она огляделась туда-сюда, но увидела лишь флиртующую парочку, которым ни до кого не было дела, да небольшую группку пожилых фрау, которые делали вид, что тоже заняты разговором, но нет-нет, да и бросали в нашу сторону любопытные взгляды. Наверное, к вечеру о чудом ожившей наследнице рода Белого Дракона будут знать все.
— Дитер, дорогой! — проворковала я, не сводя взгляда с фрау Кене. — Но что остается моей дражайшей мачехе в случае, если я не умру?
— Титул баронессы, — ответил генерал, — и право распоряжаться одной третьей частью имущества с твоего согласия, дорогая.
— А если я не дам этого согласия? — продолжила представление я.
