Она кивнула, на глазах у нее выступили слезы.
— Не плачь, — прошептал он. — Мне невыносимо это видеть.
Тэмми пожала плечами, пытаясь сдержаться.
— Ты оказываешь на меня огромное влияние, — тихо сказал Каспен. — Но я не могу сдаться. Иначе… — Он замолчал, его пальцы прошлись по ее подбородку.
Она подалась навстречу его прикосновениям, наслаждаясь теплом его кожи на своей. Тэмми ничего не могла с собой поделать. Ее не волновала опасность. Она нуждалась в нем.
— Почему это происходит? — спросила она.
— Что происходит?
— Переход. Почему это происходит каждый раз, когда мы… вместе?
Каспен вздохнул, запрокинув голову к потолку.
— Это сложно, Тэмми.
— Так объясни.
Он снова вздохнул и посмотрел ей в глаза.
— Василискам и людям не суждено быть вместе. Мы ваши враги. Мы хищники. Мы предрасположены уничтожить вас — получать удовольствие от вашей боли. Когда мы вместе, я хожу по грани между тем, чтобы доставить тебе удовольствие и… причинить тебе боль. Моя человеческая форма жаждет первого. Моя истинная форма жаждет последнего.
Тэмми медленно переваривала его слова.
Как только она осознала их значение, Каспен произнес это вслух.
— Какой-то части меня нравится причинять тебе боль.
Его слова были пропитаны стыдом, и Тэмми знала, чего ему стоило произнести их. Но она поняла, что это не стало неожиданностью. Она подумала о том, как он прикусил ее губу до крови. Как он вонзился в нее даже после того, как она попыталась отстраниться. Она вспомнила необузданную темноту в его глазах, когда он кончил. Его голод.
Жажду по ней.
Каспен сказал ей, что ее тело должно испытывать только удовольствие, но никак не боль. Но что, если его удовольствие может исходить только от ее боли?
Она снова потянулась к нему.
Каспен поймал ее за запястье и осторожно скинул с себя.
— Тэмми, — сказал он. — Хватит.
Тэмми хотела возразить, но знала, что больше ничего не может сказать. Каспен тоже это знал, его разум был внутри ее, и она не могла скрыть от него свою боль. Она посмотрела ему в глаза и увидела, что там не было ни гнева, ни нетерпения. Возможно, было лучше остановиться. Возможно, он больше не доверял себе рядом с ней.
Тэмми кивнула, принимая его последнюю команду.
Каспен прижался губами к ее губам и они поцеловались. Когда они больше не могли продолжать, то просто лежали так, и Каспен проводил кончиками пальцев вверх и вниз по ее телу.
— Спи, Тэмми, — прошептал василиск ей на ухо.
Она так и сделала.
Когда она проснулась, руки Каспена все еще обнимали ее.
Тэмми наблюдала за ним, пока он спал, понимая, что впервые видит его таким. Он дышал невероятно медленно. Тэмми пыталась задерживать дыхание между каждым подъемом и опусканием его плеч, но обнаружила, что у нее не получается сделать это. В выражении его лица было что-то изначально мирное — оно было полностью лишено обычной напряженности и серьезности. Он выглядел моложе, что бы это ни значило в грандиозной долгой жизни василиска. На виске у него было крошечное пятнышко крови. Без сомнения, это от того, что он прикусил ей губу.
Член Каспена был прижат к ее бедрам, уже твердый.
Ей стало интересно.
Тэмми чуть не выпрыгнула из своей кожи, когда Каспен открыл глаза.
— Ты мог бы предупредить девушку, прежде чем делать это, — сумела сказать она.
В ответ он поцеловал ее.
— Каспен, — пробормотала она, пока он спускался по ее шее. — Мы не можем. Мне нужно домой.
Он провел ладонью между ее ног.
— Нужно?
— Дом… я…
Но это было бесполезно. Она уже промокла и не могла притворяться, что ей не насрать на цыплят прямо сейчас.
Он скользнул головкой члена внутрь нее, затем остановился, его взгляд метнулся к ней.
— Продолжай, — предупредила Тэмми. Ей было так больно, что она понятия не имела, сможет ли вообще справиться с ним. Но она хотела, и этого должно было быть достаточно.
Каспен рассматривал ее, склонив голову набок. Какая бы внутренняя дилемма ни стояла перед ним, это явно давило на него. Но Тэмми знала, что если она подождет, он сдастся. После мгновения наблюдения за ней, глаза Каспена скользнули по ее телу. Его зрачки расширились. Затем он перекатил ее так, что они оказались лицом друг к другу на кровати, ее ноги обхватили его талию. Его член скользнул немного глубже в нее, прежде чем остановиться.
Но она не могла расслабиться. Ничто в происходящем не