Поцелуй железа полностью

– Я пытаюсь спасти то, чего добилась таким тяжелым трудом, – она усмехнулась и подняла свой бокал в мою сторону. – От большого количества алкоголя у тебя испортится цвет лица, а глаза покраснеют. Кстати, об этом, – она достала откуда-то из одежды небольшой кобальтово-синий пузырек и бросила его мне.

Он ударился о мягкую спинку дивана. Я даже не успела поймать его.

– Как я и думала. Ты слишком долго лежишь здесь на пару с бутылкой. – Она приподняла одну бровь. – Это глазные капли. Они помогут справиться с сильной усталостью.

– С какой усталостью?

Она наклонила голову, спрашивая, действительно ли мы собираемся играть в эту игру.

Возможно, я чувствовала себя в игривом расположении духа, потому что просто повторила:

– С какой усталость?

– Дорогая моя, у тебя все на лице написано. Ты почти не спала с тех пор, как Лара… Ну, ты поняла. И я знаю, что это не потому, что ты слишком занята, развлекаясь в постели кое с кем из Сумеречного Двора.

Я фыркнула.

– Обидно, что ты считаешь меня такой предсказуемой.

– Ты пережила травмирующий опыт. Если отделаешься несколькими бессонными ночами, считай, тебе крупно повезло. – Она прищурила глаза, скривив рот. – Хотя смею предположить, у тебя такое не в первые.

Я уткнулась в свой бокал, не в силах справиться с тяжестью ее предположения. Особенно когда оно оказалось верным.

Смерть Фантомы была невыносимой, хуже, чем все вместе взятое, что сделал папа. Ведь он только угрожал и запугивал, в то время как его брат… был человеком действия.

Но я не могла избавиться от ощущения, что это не все. В пустоте между моими воспоминаниями должно таиться что-то еще. Недостающий осколок.

Я не хотела знать, что там было, поэтому залпом опрокинула свой бокал, едва ощутив огонь, лизнувший горло, и бросила умоляющий взгляд на Эллу.

Она поджала губы. Это означало «нет».

– Что случилось с беспечной леди Элоизой-Элизабеттой-Белладонной Фортнум-Найтли-Чейз?

Ее взгляд смягчился, отчего у меня сдавило в груди.

– Она беспокоилась о тебе и прислала меня.

Беспокоилась обо мне. Я закусила губу, чтобы та не дрожала.

– Думаю… сейчас она нужна мне, – я ненавидела, как жалко я звучала и как сильно дрожал мой голос.

Элла разглядывала меня с другой стороны кофейного столика, а затем уголок ее рта приподнялся.

– Говоришь, нужна тебе, моя дорогая? Ну что ж, я буду беспечной, если на сегодня ты покончишь с этим, – она взболтнула содержимое бутылки. – Договорились?

Эта сделка была безопаснее, чем любая из тех, что я заключила с Бастианом. Я села, не обращая внимания на вращение комнаты, и протянула Элле руку.

– Договорились.

Мы пожали друг другу руки, и она кивнула. Элла не была такой могущественной, как Кавендиш или Бастиан, но от ее молчаливого одобрения все равно становилось хорошо. В отличие от бренди, эта теплота не была опустошающей.

Мы болтали о последних дворцовых сплетнях. Их было не так много, как обычно, из-за отсутствия светских мероприятий и введения комендантского часа. Сегодня утром королева снова объявила его: «Никто, кроме стражи, под страхом смерти не должен появляться в коридорах после девяти вечера». Сомневаюсь, что часть о страхе смерти была сказана всерьез, но проверять эту теорию не хотелось.

Я не была уверена, что от того, что никто не бродит ночью по коридорам, я могу чувствовать себя в большей безопасности. Не тогда, когда кто-то может напасть посреди дня и остаться не пойманным. Видимо, Элла поняла, куда направлены мои мысли, и заговорила о более приятных вещах.

В конце концов, наступила непринужденная тишина. Я потягивала сироп из бузины – безалкогольный, а значит, и не запрещенный.

– Элла… Ты когда-нибудь хотела кого-нибудь из своих целей?

Мне не нужно было смотреть на нее, чтобы понять, что она обернулась ко мне, подняв бровь.

– Я хочу большинство из них. И от этого весь процесс для обеих сторон становится еще более приятным.

Приятным. Я уставилась в потолок, потрясенная этим словом.

Элла не просто лежала на спине и терпела тех, кого соблазнила. Ей не нужно было изображать удовольствие, чтобы усыпить бдительность тех, кто, почувствовав безопасность, мог проболтаться и выдать то, что не должен был.

Она наслаждалась этим.

– И-и-и, – сказала она нараспев, – это не вызывает у меня такого страха, который я вижу на твоем лице. В чем дело?

Прочистив горло, я пошла возиться с дровами в камине. Формально Серен делала все, что я просила, но ее умения вести быт… оставляли желать лучшего. Хворост был закинут как попало, спички брошены внутрь камина. Я собрала дрова с решетки и принялась за дело сама.

Пока я занималась дровами, мне удалось разжать челюсть и рассказать Элле, что произошло между мной и Бастианом. Не то, что я ограбила его, а он покидал территорию дворца, и не то, что лучше держать в тайне, например, его способность разделяться на две части. Я рассказала о том, как он дразнил меня и играл с моим телом, заставляя сгорать от желания.