«Мне было хорошо во сне? С Поттером? Да. Ещё как. И дело не только в сексе! Ну, и в сексе тоже… Как он меня сделал! А я его! Уф! Котяра-котик! Хочу, чтоб так же было в жизни? Но вот самому себе страшно признаться – хочу! Его хочу! Не только трахнуть, просто хочу. Хочу! Мой и ничей больше! Рыжая малявка трётся, Грейнджер тоже далеко не размазня, а завтра он вообще пойдёт в разнос? Подружки-друзья-взрослая жизнь? А мне в этой его жизни место будет? Вывод? Вера в случайности – не наш метод. Не даром Снейп заставил нас вместе варить то зелье. Против судьбы не попрёшь! Вперёд Малфой! И пусть только попробует кто-то встать на пути! Крёстный? Ну… прорвёмся!»
***
Как Гарри смог пробраться сюда, в подземелье зельевара, обошёл все снейповские ловушки и только пару раз нарвался на довольно болезненные магические капканы? Он сам удивлялся такому везению. Либо профессор понадеялся на свою репутацию, либо просто впервые в жизни что-то упустил. Поттер скинул мантию-невидимку только за дверью и, не дыша, приблизился к стеллажу с зельями. Которое? Где искать?
Взволнованное сердце грохотало так, что он не сразу услышал шорох за спиной. Из спальни профессора выплыл Малфой, без мантии и, прислонясь к дверному косяку, вальяжно ухмыльнулся. Что он делал у Снейпа в такое время?! Поттер от оторопи и возмущения чуть не забыл, зачем явился сюда. Вот гад, не хорёк, а похотливый скунс!
У Гарри потемнело в глазах и он, забыв о конспирации и соблюдении тишины, рванул искать зелье. Забегал судорожным взглядом по рядам колб и графинов, банок и шкатулок. Его плеча коснулась ладонь - и Гарри едва не умер от перенапряжения и неожиданности! Он предвидел, просто уже почти чувствовал удар какого-нибудь заклинания в спину – и вдруг живая рука, рука Малфоя! Поттер забыл про палочку. Развернулся резко, всем корпусом, уже почти ударил со всей силы, но так и замер с отведённым коленом, приготовленным для завершения рукопашной атаки… Драко поднырнул ему под локоть, едва увернулся от кулака и, сам подставляясь под предполагаемые побои, навалился грудью, прильнул губами к губам Гарри так стремительно, что прикусил их и свернул набок поттеровские очки.
Несколько секунд взбесившиеся перепутанные мысли Гарри были только о языке Драко, так уверенно хозяйничавшем у него во рту. Мягко, настырно. Такого вкуса он не пробовал никогда! Внутри начал стремительно разрастаться огненный ком, накручивая на себя все тревожные мысли, стремления, обязательства, страхи, перематывая их с тайными желаниями и вожделением. Малфой, тягуче выдохнув, отпустил его губы, но сильнее сжал плечи, и Гарри расслышал тихий шёпот:
- За зельем? За зельем? За зельем? Значит, я не ошибся? Ты тоже меня лю…
Гарри хотел было возмутиться и попробовать поотбиваться, но неожиданно понял: …только что всё решилось…
Они какое-то время тупо смотрели друг другу в глаза, равнодушно, без всяких эмоций и вяло хлопали ресницами. Души их медленно, но верно плавились, прикипали, соединялись в одну растопленную струйку переливчатого серо-зелёного металла… Всё было понятно без слов, но Драко, оглядываясь, что-то постоянно шептал Гарри на ухо, уводя его, слегка пошатывающегося, но очень решительного, из кабинета зельевара. Уже у двери Малфой словно очухался, придержал Поттера, прислонил его, как безвольную куклу, к стене («Ну, Котик, никуда без меня не уходи!») и отлучился на пару минут. Вернулся он прикрывая рукой оттопыренный карман, подхватил Гарри и потащил его по коридору.
***
Звонок в дверь расколол тревожное праздничное ожидание на «до» и «после». Гарри бросился открывать, сшиб Дадли, опрокинул стойку вешалки, затормозил у двери и отворил её с равнодушно-безмятежным видом: «Кого ещё там принесло?»
- С Днём рождения! – сначала в его грудь ткнулась огромная нарядная коробка с бантом. Из-за неё показалась непривычно смущённая физиономия белобрысого слизеринца… Его друга… Его Драко.
Малфой выглядел ослепительно-великолепно. Дорогой костюм словно гордился честью быть одетым именно на этого шикарного стройного мальчика, блестящие ботинки кричали: «Лучше нас не найти во всём Лондоне, но мы умоляли, чтобы нас обули на эти потрясающие ноги!» Идеальная причёска, умопомрачительный аромат, белозубая улыбка – Драко Малфой (Гарри сдвинул на лоб очки и непроизвольно потёр кулачком глаза: сон во сне – не слишком?) сам был лучше всякого подарка! И он стоял перед дверью дома Дурслей.
Гарри краем глаза заметил, как у прячущегося за гардеробом Дадли отвисла челюсть, услышал, как опасно затрещали перила под свесившимся со второго этажа дядей Верноном, счастливо вздохнул украдкой и церемонно пригласил Драко войти.
Коробка с подарком еле поместилась в каморке под лестницей. Гарри долго возился с обёрткой - рвать такую красивую бумагу было жалко, и с сомнением ловил озадаченный взгляд презрительно осматривавшегося Малфоя, кажется, впервые оказавшегося в маггловском жилище.
