Если девушка встанет, то юбочка будет едва прикрывать её трусики? Или что там может быть под такой юбочкой? А ножки голые и такие стройные, худенькие, даже костлявые. Кожа почти прозрачная, едва тронутая загаром. У Гарри неожиданно перехватило дух, и странная волна вспенилась в груди, тяжелея и набирая мощь, разлилась по телу. Он, всё ещё не понимая, что теперь ни за что не встанет с места, пусть даже все старушки Лондона выстроятся в очередь за его вежливостью, пытаясь подняться в тесной толчее, опёрся ладонью о сиденье и… Уже больше не мог найти в себе силы убрать руку от бедра девчонки. Такого горячего, живого, шелковистого. Так и не оторвав задницу от сиденья, Гарри обречённо плюхнулся обратно, с усилием сдержал рвущийся из груди воздух пьяной свободы и шальной похоти.
Поттер напрягся, расслабился, поёрзал на скользком диванчике, делая вид, что убирает колючку или острую пружину, внезапно впившуюся в пятую точку, поймал на себе недовольный косой взгляд соседки и замер, почти не дыша. Рука его оставалась в узком пространстве между своим бедром и прижатыми складками шотландки. Осторожно двигая ладонью, Гарри скользнул к острому колену девушки. Она раздражённо засопела и попыталась отодвинуться от неуклюжего соседа. Но куда? В такой тесноте Гарри едва шевелил пальцами и кожей чувствовал недовольство серых глаз. По мере того, как его ладонь всё отчётливее и настойчивее гладила обнажённую ножку соседки, раздражение и непонимание сильнее и сильнее билось волной осуждения от перепуганного взора девчонки. Гарри сидел с независимым видом, что-то беззвучно напевал и с интересом разглядывал пряжку мужского ремня напротив своих глаз, а пальцы его будто приклеились к горячему бедру под плотной тканью клетчатой юбки. Сердце Поттера колотилось в такт стуку вагона, плечи подрагивали то ли от вибрации поезда то ли от нервного возбуждения. Что за чёрт? Вот и в паху обозначилось заметное шевеление! Этого ещё не хватало! А если увидят? Гарри что есть сил напряг живот, но было поздно. Оно, конечно, приятно и даже очень, но прикрыть стояк на глазах у толпы пассажиров было совершенно нечем. На Гарри только джинсы и не слишком длинная футболка, даже газеты нет под рукой. Он опасливо оглядел скучные усталые лица вокруг и встретился взглядом с полными отчаяния глазами девчонки. Она сдвинула на миловидное личико длинную чёлку, нервно закусила пухлую нижнюю губку, часто-часто заморгала пушистыми тёмными ресницами, посмотрела на его выразительно оттопыренную ширинку, икнула и вскочила со своего места. Гарри от неожиданности чуть не схватил её за подол, но растерялся, недоуменно пожал плечами и поднялся следом. Нет, упускать такой вариант – не просто глупо… тем более во сне…
Девушка, стройная, высокая, немножко нескладная в своей полосатой приталенной блузке, едва протиснулась к дверям и застыла, прижатая со всех сторон. Она успокоилась и удобнее перехватила сумку. Но Гарри уже стоял за её спиной.
Понимая, что совершает нечто неправильное и вообще немыслимое, но не имея ни сил, ни желания останавливаться, Поттер опустил руку на девичьи ягодицы и медленно потянул юбку вверх. Девчонка охнула и постаралась ввинтиться в толпу. Но куда там! Стена людей стояла непоколебимо и не давала перепуганной пассажирке ни дюйма пространства для уклонения от нахальных пальцев извращенца.
Гарри, ещё больше возбудившись от вида перепуганного личика и слёз, застывших в серых глазах, от нервного румянца, вспыхнувшего на её щёчках, от усиливающейся дрожи худеньких угловатых плеч, прижался к манящей попе бёдрами и тяжело задышал в розовое ушко, сдувая с него тонкие длинные прядки волос. Его член под плотной тканью брюк чуть не вырвался на свободу. Ну нет… Кончить себе в штаны не входило в планы новоявленного сексуального маньяка. Глупее ситуации невозможно было придумать. Сон? И что, вынуть прямо посреди толпы и отжарить трепетную куколку на глазах у равнодушной усталой публики?
