– Отвечай, не то утоплю. Твой отец будет недоволен, но ещё больше он разозлится оттого, что ты не исполнила его наказ. Повела себя как дурочка-баламошка, – процедил Яробор, не имея намерений отступать в задуманном.
– Я все одно вернусь потом. Отомщу.
– Руки коротки, мстить. Отвечай!
– Навь. Она близко в этом месте к миру живых подошла, – кривясь от боли, начала говорить демоница, – навь не только мир мёртвых, она ещё и обитель снов. Людские сны становятся явью. Дальше больше будет.
– Почему это произошло только с твоим приходом?
– Мы специально соприкоснули миры. Так легче проколы делать, – прерывисто говоря, корчилась демоница.
– Зачем?! Отвечай! Это моя земля! Я хозяин!
– Логистические операции. Люди большой ресурс. Нужно отработать мгновенные переброски больших масс.
– По-правильному говори, чтоб понятно было! – взревел лесной бог, свирепея все больше и больше.
– Порталы по всей земле и в другие миры. Это должно повысить численность населения за счёт экономического подъёма от порталов. Кроме того, люди – это дешёвое многочисленное войско. Можно войска из числа живых перебрасывать мгновенно. Можно умерших проклятых снова наделять телами, и снова пускать в оборот на земле. Правилами это не запрещено. Главное, число не превышать. Пусти! Больно!
– Почему у меня?
– У тебя удобная площадка для экспериментов. С я́сунями этот вопрос согласован, – скороговоркой произнесла девка. – Для этого специально гарнизон вывели за город. От чужих глаз подальше.
– Смерть бессмертных зачем приволокли с псом вашим?
– Она здесь? – уставилась на Яробора демоница. – Это людской ход. Я ни при чём. Пусти!
Яробор убрал каблук, наклонился и взял деву за плечи. А после поднял над водой и поставил на твёрду землю. Демоница стояла мокрая, с погасшим сиянием и исчезнувшими иллюзорными крыльями. Она держала отдавленную руку за запястье, так что длань свисала безвольной кистью, и затравленным зверьком смотрела на своего мучителя, растеряв всё своё очарование.
– Вот и умница, – произнёс Яробор, вытащив из спутанных волос длинный стебель водной травы. – Теперь мне всё понятно. Дело доброе делаешь, хоть и со шкурным умыслом. А ежели хочешь помочь, то займись гатью, что людишки строят сюда от реки. Я даже работников тебе дам.
Шуйница хозяина заимки вытянулась в сторону. Болото вскипело и оттуда начали выскакивать лягухи, окружая со всех сторон. Тяжко было с водными тварями лесному богу, да только по-другому никак.
Лягвы подползали ближе, шевеля своими выпученными глазами и надувая горловые пузыри, а потом начинали рывками расти, словно их надували через соломинку. Подрастя, лягвы вставали на задние лапы, аки люди болотные. Росту в них становилось по колено взрослому мужику. Сотни четыре их выползло.
– Кто лягушачий князь?! – спросил Яробор у этого многочисленного сброда.
– Нет среди на-на-нас та-та-таких. Ква. Каждый са-са-сам по себе. Квак отщепенец, – произнёс ближайший.
– Не угадал. Ты приказчиком и будешь, – ткнул Яробор в него пальцем. – Ежели ослушаешься, солью посыплю да на солнце высушу живьём.
Квак поклонился, а Яробор снова взял демоницу. На сей раз осторожно, да под руку. Туман впустил к себе, дав дорогу к лесу. Лесной бог оставил деву пред её шатром, дабы она в порядок себя привела, а сам домой.
Стоило двери в терем захлопнуться, так Яробор прямо там и сел, прислонившись спиной к бревенчатой стене. Пришла дрожь. Дыхание стало тяжёлым, словно он без колдовства колоду десятипудовую целую версту на хребте нёс. Не всякий раз приходится княжну преисподней стращать, хоть и младшую, но опасную. Глаза его смотрели вперёд, но ничего не видели. Перед ними до сих пор была демоница, а уши слышали: «В аду сгноят».
– Это мы ещё посмотрим. Посмотрим, – пробормотал Яробор.
– С вами всё хорошо? – раздался голос рядом.
Яробор повернул голову. Предо ним стояла горничная, жена жреца-электрика. Она наклонилась и вытирала руки о передник. Яробор не ответил, глядя на помощницу.
– Может, горячего кофейку? Или что покрепче?
– Что у тебя есть?
– Коньяк у мужа отобрала, он, зараза, в супермаркете взял, когда за лампочками телепортировались недавно.
Яробор посмотрел немного, а потом ответил.
– Давай и то и другое в одной чеплашке.
– Плохо будет.
– Хуже не будет, – усмехнулся лесной бог, а потом откинул голову, гулко стукнувшись о дерево. – Праздник мне нужно придумать. Во имя меня такого дерзкого и такого глупого. У всех богов праздник есть, а у меня нет. Непорядок.
Я отложил в сторону дописанный план-конспект и взял в руки плоскую жестяную консерву. Остальные лежали в картонной упаковке от сухого пайка. Когда тихонько потянул за краешек фольги, запахло перловой кашей.
Рядом копошилась Ангелина, доставая из сумки небольшие коробочки. Облокотившись на край стола, сидела Ольха. Лесавка теперь целыми днями пропадала в чащобе, возвращаясь, только когда проголодается.
– На, ешь.
