— Я могу сделать тебе тело, душа моя, — сказал я то, ради чего в принципе и залез в это холодное ничто. — На этом ранге уже можно попытаться. Наберу эссенций и сделаю, какое было раньше, или же можем подобрать реальное тело. Так будет проще, наверное. Но придётся…
Глаза Княгини округлились от изумления, а затем она возмущённо воскликнула:
— Иль! Нет! Конечно же нет! Что ты такое придумал⁈
Я чуть опешил. Моё предложение могло обрадовать, могло заставить задуматься, могло оставить равнодушным, но… Возмущение?
— Иль, я впервые свободна! Как ты можешь такое предлагать мне⁈ Я не ношу на себе более эту умирающую клетку из плоти, и ты хочешь меня запихать в неё?
— Клетка из плоти? — повторил я ошеломлённо. Какая поэзия.
— Моя душа свободна, Иль. Наконец-то свободна. Я бы и тебе посоветовала избавиться от своего тела, правда. Ты не понимаешь, что с собой носишь. Пока ты юн, то не понимаешь. Для тебя всё прекрасно.
Она приблизилась ко мне вплотную, стало ещё чуть холоднее. Однако я зачаровано смотрел в её прекрасные глаза, которые стали вдруг зелёными, а затем сменили цвет на карий. Волосы девушки завились, став рыжими, а потом плавно перетекли в платиновый.
— Я свободна. Ты хочешь забрать мою свободу? —спросила она.
— Нет, душа моя… — почему-то внутри стало чуть грустно. Наверное, я ждал другого ответа. И, не скрою, с удовольствием бы обнял свою напарницу ещё раз. Почувствовал бы её запах. Ощутил тепло тела. Чёрт, я соскучился? — Просто, разве это жизнь?
— О да, Иль. Это жизнь! Я-то как раз живу. Живу без страха. Стоит моей душе оказаться в теле, так оно сразу начнёт стареть. Меняться. Болезни, слабость, смерть. Я не хочу проходить через это. Я видела, как оно случается с другими. Спасибо, мне выпал такой шанс, и ты хочешь его забрать?
Она прищурилась, но на губах проступила улыбка.
— Ты так забавно хмуришься, Иль, — призналась Княгиня. — Ну и ещё, Иль, если вдруг я сойду с ума и решу умереть запертой в теле, то как будешь ты без моих талантов?
Она хитро улыбалась. Её лицо оказалось совсем рядом со мною, и мне казалось, что вот-вот я уловлю её тёплое дыхание. Но увы, вокруг царил только холод. Я смотрел на чувственные губы призрака и понимал, что не просто скучаю. Я безумно скучаю по ней. По настоящей, живой соратнице, с которой мы прошли через столько всего… Там, в сером мире демонов. И пусть сейчас мы вроде бы были рядом, но на самом деле ведь очень далеко.
Но ей было хорошо в этом состоянии.
Так, Илья. Собраться! Твоя идеальная разведка только что заявила, что хочет служить в разведке и дальше. Ну-ка намотай сопли на кулак!
— А как же чай? — предпринял последнюю попытку я.
— Я готова с этим жить, — фыркнула Княгиня. Несколько долгих мгновений мы молчали, а затем призрак шепнула:
— Я тоже по тебе скучаю.
Внутри защемило, и я с недоумением закашлялся.
— Ладно, мне надо готовиться, душа моя. Важный разговор! Ещё один!
— Ты ведь помнишь, что ему нельзя верить? — нахмурилась она. — Мордард ведь много крови твоей попил тогда…
— И он проиграл, — напомнил я.
— Вдруг хочет взять реванш? Ты тогда и ты сейчас это две большие разницы.
— Я справлюсь. Ты же мне поможешь?
Я почувствовал холодное прикосновение губ к своей щеке.
— Помогу, — сказала она и исчезла. Через пару минут одиночества в ледяной пустоте я вывалился обратно за водительское сидение. Уставился на вечерний город, снова посмотрел на влюблённых в окне кафе. Девушка смеялась, а парень счастливо улыбался. Надо бы им окно расколотить для того чтобы разбавить слащавость.
Но вместо этого я повернул ключ в замке зажигания.
Первые следы Первой Церкви обнаружились сразу после съезда с псковской трассы. Фары выдернули из темноты поворот на Шабаны, навигатор подсказал что «туда вам надо», с характерной интонацией, и метров через триста после поворота дорогу преградил храм на колёсах, кресты и проблесковый маячок светились золотом. Слева и справа от броневика несли вахту вооружённые бойцы Церкви.
Один из бойцов стоял посередине дороги и поднял руку, требуя остановиться. Затем медленно подошёл к машине, направив луч фонаря прямо мне в лицо. Я машинально приглушил восприимчивость зрения, едва не погасив источник щелчком пальцев. Ох, как хотелось наказать за такое обращение. Но мы же, вроде бы, налаживаем отношения с Первой Церковью, м? Значит: дверь с ноги не вышибаем и дар против рядовых сотрудников не применяем. Пока что.
Так что я безмятежно встретил режущий глаза свет и чуть снисходительно улыбнулся удивлению постового. Ну да, это тебе, братец, не простолюдинов пугать. Церковник внимательно оглядел салон, на миг задержался на моём амулете, и с пониманием улыбнулся.
— Дорога перекрыта, ваше благородие. От имени Первой Церкви приношу вам свои извинения и рекомендую избирать другие маршруты, —сказал он. — Счастливой доро…
— Я направляюсь в зону Р-22–57 по просьбе его высокопреподобия игумена Петра, — мягко перебил его я. — У меня нет других маршрутов, увы.
