Повелитель чумы полностью

— Вы должны открыть эти ворота. — Ленуар старался говорить как можно ровнее, жалея, что ему приходится кричать. Было бы лучше, если бы толпа его не слышала, но от этого никуда не деться.

— Нам приказано держать их запертыми, — ответил один из охранников. Повысив голос, он добавил: — Ради блага города!

Из толпы раздались крики и насмешки.

— Эти приказы — ошибка. Отряды, заливавшие огонь вёдрами, расформированы. Слишком поздно бороться с огнём.

— Ничего не поздно, — буркнул другой стражник, упрямо хмурясь сквозь клочковатую бороду.

«Они всего лишь мальчишки», — мрачно подумал Ленуар. Только это ничуть не облегчало его задачу.

— Если бы люди помогали нам, а не убегали, мы могли бы одолеть огонь, — сказал первый охранник.

— Нет, не могли бы. — Будто само провидение услышало его, и вдали раздался грохот. — Ты это слышишь? — Ленуар махнул рукой через плечо. — Это контролируемый взрыв. Они сносят здания в районе рынка. Теперь наша единственная надежда — создать траншеи между пожаром и нетронутыми зданиями и позволить огню погаснуть самому.

Но охранники только стали плотнее плечом к плечу перед механизмом ворот.

— Мы получили приказ от самого лорда мэра.

Ленуар вздохнул и потянулся за пистолетом.

«Да простит меня Господь и все святые».

— Эй, стража!

С обратной стороне подъёмной решётки к воротам приближалась троица всадников, которая, очевидно, намеревалась попасть в город. Ленуар отвлёкся, опустил руку и приподнялся в седле, чтобы лучше видеть. Двое из них, судя по ливреям, были личными охранниками. Что же касается третьего, то его Ленуар сразу узнал, ибо его лицо навсегда запечатлелось в памяти инспектора.

Герцог Уоррик по своему обыкновению хмурился, и грубые черты его лица лишь заострились в свете факелов.

— Почему эти ворота заперты?

— Ваша Светлость! — Стражники неловко поклонились, не решаясь повернуться спиной к толпе.

— Разве вы не слышали моего вопроса? — Уоррик не повышал голос, но в этом и не было необходимости; его отрывистая речь достаточно хорошо прорезала шум толпы. Стражники начали заикаться в ответ, но в этот момент герцог заметил Ленуара.

— Вы. — Герцог прищурился. — Ленуар, не так ли?

— Польщён, что вы помните меня, Ваша Светлость. — Это не было ложной скромностью. Ленуар был доволен, потому что это означало, что ему удалось зацепить герцога. Его Светлость должен был знать, что есть, по крайней мере, один человек в Пяти Деревнях, который знает, кто он на самом деле.

— Вас очень трудно забыть, инспектор, — сказал Уоррик, скривившись. — И все же я никак не ожидал встретить вас здесь.

— Как и я — вас, Ваша Светлость.

Уоррик махнул рукой в перчатке в сторону рынка.

— Я приехал посмотреть на пожар. Из замка кажется, будто полгорода охвачено пламенем.

— Так и будет, если пожарным не удастся создать заградительные рвы.

— Они уже взрывают?

— Пока ещё не совсем поздно, — ответил Ленуар.

— Ясно. — Уоррик прищурился, глядя вдаль. — Но это не объясняет, почему ворота заперты.

— Это не может объяснить ни один здравомыслящий человек, — скривился Ленуар, не скрывая своего презрения.

Уоррик приподнял брови.

— Я так понимаю, вы это не одобряете?

В любой другой день Ленуар скорее отрубил бы себе руку, чем попросил об одолжении герцога Уоррика. Но позади него горел город Кенниан, а все эти люди были пойманы в ловушку…

— Ваша Светлость, умоляю вас, прикажите открыть эти ворота.

Лицо Уоррика не выражали никаких эмоций.

— По чьему приказу они закрыты?

— Так приказал лорд мэр, Ваша Светлость, — довольно громко вставил один из стражников.

— Вы хотите, чтобы я переступил через его приказ? — В голосе Уоррика послышалось легкое удивление. — Корона вступает на территорию городских властей… Это не так легко сделать, инспектор.

— Я прошу об этом не по простой прихоти. Херстингс — глупец. — В этот момент Ленуару было все равно, кто его услышит. — Он думает, что закрыв ворота, приобретёт дополнительных работников в борьбе с огнём; но все, что он сделает, это приговорит сотни людей к смерти.

— Это действительно глупо.

— Этот пост никогда ещё не занимал больший болван.

Его Светлость издал низкий, скрипучий смешок.

— Все мужчины на таких постах, как правило, дураки. Вы должны это хорошо знать. Или я ошибся в вас? — Он наклонился ближе к решетке ворот. В свете факелов его глаза, казалось, лихорадочно блестели. — Это фатальный недостаток такой системы, как наша, инспектор. Человек, подобный Херстингсу, не должен стараться заслужить свое положение; это место было его с момента рождения. А если у власти становится грамотный политик — это лишь счастливое совпадение. Но вы ведь арренеец. Вам вряд ли нужно рассказывать, насколько отсталая у нас страна.

— Аррёне не нужны дураки, Ваша Светлость.

— Возможно, и поскольку Херстингсу приходится полагаться на голоса этих людей, — он указал на толпу, — чтобы сохранить свой пост, он мог бы более тщательно обдумывать свои решения.