Более-менее цивилизованные города устроили на Каза охоту, и он осел в Громовом побережье. Пытаться использовать песнь отчаянья на пиратах он не стал, а работал как обычный менестрель — пел пиратские песни, рассказывал скабрезные шуточки, перебивался подачками и тихо спивался. Так дела шли, пока Шакал не убедил его вспомнить прошлое за неплохую награду. И он написал новую песнь Отчаянья, по просьбе Шакала, вплёл в неё нечто вроде проклятья, и устроил тур по местным кабакам и тавернам. Вспомнил молодость, навыки, и собрал успешный урожай. Только в одной таверне он умудрился вляпаться в драку, но старые трюки не подвели, и он сумел удрать оттуда, пока посетители мутузили друг друга. Хотя рыжеволосая коротышка умудрилась-таки облить Каза элем.
Результаты тура Шакал видел перед собой. Группа из полсотни людей, на которых подействовал тот самый призыв — бросить всё, и уйти в поля мертвецов, чтоб искать там чёрную тень. Безумцы. Они двигались через поля, ели чуть ли не подножный корм, и со временем становились всё больше похожи на нежить. Они дрались между собой, за звание сильнейшего, иногда при этом умирали. Ведь они думали, что только сильнейший будет достоин.
Шакал широко улыбнулся. Сильнейший будет достоин быть разрубленным на части. Когда группа дойдёт до нужного состояния, он натравит их на чёрного рыцаря, как и планировал. А тогда он сможет вновь, лично увидеть то чудо, красоту, танец смерти, что так поразил его в прошлый раз. А потом можно будет снова уговорить плакальщика отправиться по тавернам, снова найти отчаявшихся, снова исполнить для них песнь-призыв. И снова, новая группа соберётся в Мёртвых Полях, чтобы погибнуть от встречи с чёрным рыцарем. А он, Шакал, вновь увидит прекрасное чудо.
А если откажется помочь Каз, то можно будет попробовать создать культ. Найти какого-нибудь красноречивого, но не очень умного растяпу, и посветить его в религию, где Чёрная Мечница станет богиней. Шакал не очень хорошо умел убеждать людей, но, думал он, со временем получится. Не с одной попытки, так с другой. Главное, чтобы был свежий поток фанатиков, и чтобы он, Шакал, смог увидеть смертельный танец снова.
А ведь можно было отправлять торговые караваны по опасным маршрутам. Тем, где они непременно встретятся с Чёрной Мечницей. Столько возможностей, столько путей, которыми можно было привлечь новых жертв для Чёрный Мечницы. И посмотреть вновь, как она красиво разрубает их на части. Или же это не "она" а "оно"? Но это не так уж и важно.
Кравшийся вслед за Шакалом арбалетчик в маске беззвучно выдохнул. Мотивы бледного человека пока что не были понятны, как и причины, из-за которых он преследовал толпу фанатиков. Ещё пару дней слежки, и можно будет вернуться к Боссу, сообщить о происшествии. А пока нужно двигаться вслед, и держать наготове оружие. Арбалетчик, невидимый для всех кроме самых зорких, продолжил преследование.
Группа впереди внезапно начала шуметь и пришла в движение. Из никогда не пропадающего до конца тумана, что всегда стелется над Мёртвыми Полями, медленно, неторопливо, вышла чёрная фигура с зазубренным мечом на плече. Остановилась, и осмотрела толпу. А затем вытянула к толпе руку, вызывая ближайшего человека на дуэль. Вот только тот не знал ни этот жест, ни этикет, и видел ситуацию иначе.
Шакал ухмыльнулся. Похоже, эта группа дошла до цели раньше, чем он планировал. Но это не важно. Сейчас начнётся танец. Шакал замер и впился взглядом в чёрную фигуру. Он боялся мигнуть, отвлечься, пропустить малейшую деталь. А рядом с ним, невидимый для него арбалетчик в маске наблюдал за ним.
Безумцы зашумели, узнали фигуру, а потом толпа людей в грязных одеждах забурлила. "Я — достоин!" выкрикнул кто-то в толпе, и группа бросилась на Чёрную Мечницу. Чёрная фигура по-человечески пожала плечами, и со свистом раскрутила меч, что загудел в туманном воздухе. А потом люди начали падать и разлетаться на части.
Шакал еле удержался, чтобы не захохотать.
Чёрная мечница долго бродила по Мёртвым Полям, после своего пробуждения.
Шаг, один, другой, третий. Тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч пройденных шагов. Каждый похож на предыдущий, каждый немного отличается от предыдущего. Дни и ночи сливаются в марево, почва под ногами сменяется камнем, пожухлой травой. А в разуме будто осколки разбито зеркала, настоящее и прошлое перемешивается, и разум тщетно пытается собрать головоломку в единое целой.
Люди и нежить сменяют друг друга, и снова и снова начинается бой. Противник бросается в атаку, превращается в кого-то другого, а реальность смешивается с воспоминаниями, да и воспоминания ли они? Скелет становится человеком, булава в его руке сменяется на секиру, меч, меча становится два и противник кульбитом отпрыгивает назад, растёт в размерах и превращается в ревущего тролля, что бросается в атаку.
