Таксист нервно посигналил. Лион скосил взгляд на ожидающий его бежевый автомобиль. «Спешка хороша при ловле блох», – вспомнилось ему давно забытое выражение. Лион усмехнулся и сел в машину.
– Потсдамер платц, пожалуйста, – сказал он водителю, который едва взглянул на него через зеркало заднего вида и тронул педаль газа.
Похоже, ему часто приходится возить таких необычных пассажиров, особенно накануне Хеллоуина.
Зато на Кристину Шадт, помощницу Штефана Фейербаха, гость произвел поистине неизгладимое впечатление. В свете люминесцентных офисных ламп от его кожи словно исходило сияние. Да и шел он так мягко, что его ноги, казалось, едва касались пола. А если добавить сюда его старомодное одеяние – высокие сапоги с пряжками, атласные бриджи, пальто, из-под которого выглядывал расшитый золотом красный камзол, и изящный бант на собранных в хвост волосах, – так и вообще можно было решить, что в офис
Поравнявшись с Кристиной, он ласково улыбнулся ей и удивительно приятным голосом произнес:
– Добрый вечер, милочка. Господин Фейербах у себя?
Кристина открыла рот, но не смогла вымолвить и слово, поэтому лишь изобразила головой нечто среднее между «да» и «нет». Улыбка Лиона стала еще шире, он перекинул трость из одной руки в другую и пошел к кабинету.
– Подождите! – крикнула ему вслед Кристина, чувствуя, как спадает оцепенение, но он уже открыл дверь и вошел.
Кабинет Фейербаха был погружен в полумрак. Лишь рядом с рабочим столом, за которым сидел Штефан, мертвенно-голубым светом горел торшер. Фейербах оторвал взгляд от ноутбука и посмотрел на посетителя. За его спиной Кристина волновалась и заламывала руки:
– Простите, он вошел, я…
Штефан поднял ладонь и тихо сказал:
– Убирайся вон.
Кристина замолчала. С ней еще никогда так не разговаривали в этой компании, да и вообще в жизни. Она поджала губы и развернулась, чтобы уйти, но тихий голос Штефана остановил ее:
– Не ты. Он.
Лион слегка поклонился.
– Прошу прощения, что прибыл без приглашения.
– Я сказал, уходи, – не моргая и почти не шевеля губами, процедил Фейербах.
Мужской силуэт отделился от стены и сделал шаг в сторону Лиона.
– Ну что ты, Штефан, где же твой этикет?.. Кристина, оставь нас.
Уже в дверях она услышала, как Фейербах произнес:
– Это Леонард Ифферт, под его крылом собирались «Ангелы ночи».
Мужчина подошел к Лиону и, склонив голову, с интересом посмотрел на него.
– Леонард Ифферт, – протянул он, перекатывая на языке «р». – Лион. Господин Лион, – улыбнулся мужчина и протянул руку. – Меня зовут Ангел. Ангел Краилов.
– Приятно знать, что мое имя известно в ваших кругах, – сказал Лион, отвечая на рукопожатие.
Краилов был ниже и выглядел совершенно обыкновенно, словно барыга, который хочет выдать себя за предпринимателя средней руки. Его смуглая рука, сжавшая руку Лиона, казалась практически черной. Некоторое время они стояли друг напротив друга, не отрывая глаз. Лион улыбался, обнажая ряд идеально ровных жемчужных зубов, но с каждой секундой его улыбка казалась все более и более натянутой.
– Ты меня боишься, – не спросил, а констатировал Краилов. – Не стоит, – ласково произнес он, накрыв руку Лиона своей ладонью. – Ведь ты пришел просить бессмертие?
– Да, – ответил тот.
– Какую цену ты готов заплатить?
– Все, что пожелаешь, – едва заметно дрогнул голос Лиона.
– Нет, это так не работает, – покачал головой Ангел. – Ты сам назначаешь цену. От чего ты готов отказаться, чем или кем ты готов пожертвовать, чтобы получить шанс жить вечно?
Лион опустил глаза, размышляя над ответом. Он не видел, как Штефан сжал зубы и отвернулся к окну.
– Не отвечай сразу, я дам тебе время подумать. Обычно я принимаю новичков в последний день октября, но это уже сегодня, а я не хочу, чтобы ты столь спешно принял решение, о котором будешь жалеть.
Ангел сделал паузу, и Лиону показалось, что эти слова были обращены не столько к нему, сколько к Фейербаху.
– Поэтому, если ты по-прежнему будешь хотеть жить вечно, приходи ко мне в день зимнего солнцестояния. Меня ты всегда можешь найти здесь.
– Это произойдет здесь?
– Конечно, нет, – мягко улыбнулся Краилов. – Для этого у нас есть уютный загородный домик. Правда, Штефан?
На какое-то мгновение лицо Фейербаха скривилось, словно от физической боли.
– Хорошо, – чуть слышно произнес Лион.
– А теперь ступай.
Краилов отпустил его руки и слегка похлопал по плечу.
– Доброй ночи, господа.
Лион поклонился и покинул кабинет.
Кристина покусывала ноготь большого пальца, но, увидев Лиона, тут же вскочила со своего места.
– Простите меня, милая госпожа, – промурлыкал Лион, вернув себе утраченное было самообладание. – Позвольте воспользоваться вашим телефоном?
Кристина молча повернула к нему телефонный аппарат и сглотнула. Она старалась не смотреть на него во все глаза, но это у нее не очень хорошо получалось.
