Лион подмигнул ей, изящным движением откинул полу плаща, уселся на край стола и набрал номер. На другом конце ответили лишь спустя пару невыносимо долгих гудков, за время которых Кристина успела не только отметить, какие длинные и тонкие у него пальцы, но и подавить в себе желание потрогать его, чтобы просто убедиться, что он действительно состоит из плоти. Особенно нестерпимо ей хотелось прикоснуться к его волосам.
– Милочка, машину мне, – сказал Лион в трубку. – И побыстрее – крошка Мари меня уже заждалась, – игриво произнес он и подмигнул Кристине.
Не дожидаясь ответа, он положил трубку и спрыгнул на пол.
– Всего доброго, Кристина.
Он галантно поклонился ей и направился к лифтам, а девушка посмотрела ему вслед и поправила трубку, удивившись, насколько она холодна, словно ее никто и не держал сейчас в руках.
В кабинете оперативной группы Дианы Кройц было относительно тихо и темно. Лишь фонари с улицы освещали помещение. Марк уехал еще час назад на встречу с коллегами Маргарет Нельсон.
В общем-то, она не лукавила, когда говорила, что работает в
Тезер, слегка позевывая, шелестел клавиатурой, а Диана вглядывалась в длинные списки имен студентов Берлинского университета. Они запросили списки всех студентов за последние тридцать лет – авось пригодится.
К сожалению, более подробную информацию о Берни выяснить не удалось. Лишь то, что он приходил несколько раз в
Диана откинулась на спинку кресла и посмотрела в окно. С каштана облетали последние листья, обрываясь под тяжестью снега.
– А что, если попробовать так? – произнесла она вслух и открыла список студентов, поступивших в один год с Берни Ульманом.
Уже почти в самом конце, среди фамилий, которые ей ни о чем не говорили, Диана наткнулась на нечто интересное. Чтобы проверить догадку, она достала из груды документов папку с делом Марии Шнайдер, которую по счастливой случайности не успела унести в архив, и, открыв, пробежала по ней глазами. Потом взглянула на монитор. Стопроцентное совпадение.
– Мне надо кое с кем поговорить, – сказала она, вскакивая с рабочего места и, на ходу накидывая куртку, практически выбежала из кабинета.
– Хорошо, – ответил Тезер захлопнувшейся за ней двери.
Лион отодвинул картину с легкомысленными пастушками и достал из тайника бутылку бурбона. Обычно он не пил ничего крепче шампанского, поэтому бутылка успела изрядно запылиться, да и соответствующих стаканов у него не имелось, так что пришлось налить бурбон в тонкостенный фужер. Несколько секунд Лион созерцал это эстетическое безобразие и наконец уселся, сложив ноги на край стола. От сапог на полировке осталось влажное пятно. Бурбон горчил и жег горло, но после одного бокала последовал второй, который Лион уже не смаковал маленькими глотками, а осушил залпом.
И тут ему предстало прекрасное видение. Женщина с высоким хвостом стремительно приближалась к нему. Ее красная кожаная куртка уже валялась на полу. Подойдя к Лиону, она села к нему на колени и стянула с его волос бант, заставив слегка отклонить голову назад. Затем она запустила пальцы в его шелковые локоны и прижалась губами к его губам.
Они целовались долго и смогли оторваться друг от друга лишь тогда, когда кто-то из них случайно задел фужер, поставленный на край стола, и тот упал и разбился. Тогда женщина вытащила из заднего кармана джинсов сложенный в несколько раз листок и развернула его перед лицом Лиона.
– Ты знаешь этого человека? – спросила она, вытирая слегка припухшую нижнюю губу тыльной стороной ладони.
Мужчина посмотрел на изображенное на листе лицо. От частого сворачивания и разворачивания сгибы потрепались, а на месте носа образовалась дырка.
– Да, я знаю его, – признал он, поглаживая женщину по бедру. – Это Берни.
Диана встала с коленей Лиона.
– Что за Берни?
– Берни Ульман, – посмотрел он на нее снизу вверх.
– Берни Ульман умер.
– Это как посмотреть.
Лион поднялся с кресла, поправил воротник шелковой рубашки и достал из ящика стола еще два фужера.
– Иногда приходится умереть, чтобы продолжать жить.
– Ты хочешь сказать, что его смерть была инсценировкой? – спросила Диана.
Лион разлил бурбон по фужерам.
– Я хочу сказать ровно то, что я сказал.
– Где нам его найти?
– Встреча с ним – всегда случайность. Для всех, кроме него. Искать его бесполезно.
– А если я спрошу не как комиссар полиции, а просто… по-человечески?
Лион передал ей фужер.
– Тогда по-человечески я предупреждаю тебя, что гоняться за ним – все равно что охотиться на призрака.
– О нем ты говорил, когда мы пришли к тебе в первый раз?
– Да.
– Почему?
– Сколько бы лет ему ни было, – улыбнулся Лион, – Берни остается Берни.
– Насколько он опасен?
Диана поставила бокал и подошла к нему вплотную. Он ничего не ответил.
– Он способен на убийство?
Лион молчал.
