— Пойми, человек такой силы не может быть свободным, — увещевал Сайто, — генерал — отличный вариант. Честный, благородный…
— Вы то же самое говорили про Ода-сана, — фыркнул я, — И вот как получилось.
— Остальные еще хуже, как ты не понимаешь! Для всех ты — ресурс, не больше, а для нас — личность, друг! — с жаром говорил Сабуро.
— Я прошу только год свободы.
— Парень, так не бывает, мы это обсуждали, — покачал он головой, — Детский каприз. Ты же объяснить не можешь толком — зачем тебе этот год.
— Зачем вы приехали? Уговаривать, угрожать? — прикинул я варианты.
— Предупредить. Тебя решили проучить, — недовольно пожевал нижнюю губу Сабуро, — Я был против.
— Угу, вы всегда против, — равнодушно отреагировал я, — Что на этот раз?
— Ода-сан отзвонился родителям того парня, которому ты ноги сломал. Сообщил им, что ты больше на него не работаешь.
— Ого, убить чужими руками теперь называется 'проучить'? — деланно удивился я.
— Заметь — в тот конфликт ты влез сам, по своей вине. Тебе же и отвечать. Однако ты можешь получить покровительство генерала, тогда тебя никто не тронет, — продолжал уговаривать Сабуро, — в нашем обществе одиночки не выживают, и ты это знаешь.
— Сами выкрутили руки и сами предлагаете решение? Прощайте, Сайто-сан, больше не надо приезжать.
— Увидимся, — буркнул тот.
Я вышел из машины и мягко закрыл за собой дверь. Жизнь настойчиво учит не верить людям.
Странное дело — самомнение. Считаешь себя крутым, сильным, свысока посматриваешь на обычных людей. Ждешь, когда прибегут уговаривать, договариваться, обещать и подкупать, а на деле все совершенно иначе. Зачем серьезным людям бегать за капризным малышом? В самом деле, а я куда я денусь? Один звонок генерала — и ни один род не пустит на порог. Второй звонок — и бойцы обиженного клана караулят под дверью. Прячься, мальчик, прокрадывайся в школу по утрам или брось ее вовсе, бойся каждого шороха и оглядывайся по сторонам. Ах, так ты считаешь себя сильным и вступаешь в драку? Добро пожаловать в больницу — в случае поражения, и в тюрьму за нападение на честных граждан — в случае победы. Никого не будет волновать твоя виновность — ибо третий звонок генерала к тому времени уже прозвенит. Пятнадцать суток с уголовниками, в месте-аномалии без возможности использовать бахир.
И вот тогда, через неделю скитаний по городу или через кошмар общей палаты в дрянной больнице или бесконечные унижения в камере, придут они — спасители, добрые, взрослые, мудрые наставники. Они покачают грустно головой, погладят по голове, пожалеют и вытащат глупыша из неприятностей. Не бесплатно, само собой, надо будет отработать, но мальчик же молод, у него вся жизнь впереди! Да любой согласится на все и будет ботинки целовать, лишь бы вновь ощутить себя баловнем жизни, одаренным, что свысока посматривает на людей.
Только провидением можно объяснить столь успешный переезд на территорию школы клана Кояма. Туда — не сунутся. Не сумасшедшие же они. Я же остаюсь запертым в банке с пауками. Сейчас, когда вся эта пафосная братия лишилась сдерживающего фактора, будет очень нелегко не переступить ту грань, после которой сами Кояма будут вынуждены выставить проблемного простолюдина за порог.
Выход за ворота я решил совместить с походом в аптеку. Неделя тренировок отразилась на теле десятком растяжений, синяков и травм. Одаренные куда более живучи, чем остальные, но в лесу, с его свойствами подавления силы, регенерация сильно ухудшалась. Вчера щепка деревянного голема пробила(!) доспех духа и на сантиметр впилась в плечо, а у нас — только йод, припасенный запасливой Таней.
Продавщица меланхолично перетащила к кассе сотню бинтов, оживилась на двадцати упаковках ватных тампонов, заинтересовалась упаковками йода, обеззараживающего и средствами от растяжений и уже с откровенным любопытством ждала следующий заказ. Я решил не разочаровывать тетку и попросил тридцать презервативов. Маска глубокого осуждения не слезала с ее лица вплоть до моего ухода. На самом деле — в хозяйстве пригодится. Ну а если наши отношения с соседкой все-таки перешагнут определенную грань, то лучше быть готовым заранее — воевать вместе с беременной напарницей как-то неправильно.
