Подключается один из учителей — вот его удар словно впечатывает цель в ворота, с глухим звуком, словно у колокола. Но опять же — после таких техник не выживают, не говоря уже о том, чтобы встать на ноги и шагнуть навстречу. Целый каскад ударов обрушивается на одержимого, его тело летает из стороны в сторону, окрашивая двор в неприятно грязно-бурый цвет. Подключаются арт-установки, эффективные настолько, что через некоторое время все люди во дворе спокойно переводят дух. Автоматика не подвела, превратив бывшего родового ветерана, что до последнего пытался двигаться, в фарш.
'Придется слугам постараться, чтобы отмыть тут все', - Шу не позволил себе расслабиться и внимательно оглядывал окрестности. Странная атака была бессмысленной — ну пустили одержимого, ну открыли ему ворота, так а дальше что? Как будто кто-то позволит ему разгуливать по двору. Отвлечение внимания не позволило ему заметить начало следующего этапа атаки. Через некоторое время Шу вновь посмотрел на камеру внутреннего двора и не поверил своим глазам — каждая бурая точка, отмеченная кровью одержимого, зацвела небольшими алыми цветами. Наследник даже дар речи потерял от подобного поворота, пытаясь подыскать объяснение подобному чуду. Очередной знак недоброжелателей?
Все оказалось куда прозаичней — стоило одному из воинов попытаться уничтожить странное растение, как начался второй этап атаки. Целый сад растений, что на свою беду засеяла гвардия рода, резко покачнулся и выстрелил в воздух тысячами лепестков в ореолах пыльцы. Зрелище необычайной красоты, что обычно сопутствует чуду природы, совершенству юности и смертоносности оружия, и все это соединилось в парящих частичках цветков, что совершенно равнодушно воспринимали атаки гвардии, опадали под атаками, но большая их часть продолжала парить в разные стороны. Тем временем, бойцы рода вошли в раж и методично уничтожали свой же двор, пытаясь оградиться от неведомого. Со стороны могло показаться, что на дом напал какой-то другой род, практикующий воду. Позади бойцов бесновался отец Шу, приказывая то уничтожить заразу, то прекратить рушить имущество. На его месте, Шу давным-давно покинул бы родовое поместье или как минимум, обратился за помощью в клан. Но Ито-доно, видимо, не желал испрашивать поддержку в борьбе с растениями, и совершенно зря.
Третья стадии атаки вызвала у Шу лишь стон отчаяния. В миг, когда сотни уцелевших лепестков сами свернулись мелкими комочками и опали вниз, могло показаться, что странности этого дня окончены. Шу же видел, что растения просто заняли куда большую площадь, чем раньше, и теперь покрывали весь особняк целиком. Нерешительность главы рода обернулась катастрофой, секунды, когда еще можно было бежать, ушли в небытие.
Шу не совсем понял, каким образом на всех камерах внутреннего двора отражалось одно и то же — дремучий лес, словно особняк мигом перенесли в глухую чащобу. Ветви колыхнулись под порывом ветра, открывая неприятную картину насаженных на толстые сучья, фиксированных лианами, бойцов и самого главу рода. Шу впервые порадовался, что от камер нет звука, а у поста диспетчера отличная звукоизоляция — вынести крики дорогих ему людей и остаться в рассудке было бы очень тяжело. Сейчас же он еще мог что-то сделать — Шу взял в руки телефон, дрожащими руками выбрал нужный номер из списка и в панике уставился на сообщение — нет связи.
Громко пиликнул датчик движения в диспетчерской — остальные слуги рода, что были рядом, не произносили ни звука с момента третьего этапа атаки. Шу чувствовал их взгляды на себе, но ничего не мог поделать. Наследник нашел камеру, соединенную с датчиком — процессия из пяти машин неспешно двигалась к воротам побежденного поместья.
'Вот, видимо, и все' — сглотнул Шу и склонил голову вниз.
— Господин! — тронули его за плечо, указывая на камеры внутреннего двора. Лес, столь невероятно быстро появившийся, столь же невероятно быстро исчез, оставив после себя зеленые коконы с побежденными.
Машины процессии затормозили у ворот и мигнули фарами.
— Открывай, — непослушными губами произнес Шу.
Слуга не стал сомневаться в правильности действий господина и дал команду механизму открытия.
Наследник встал с места, покачнулся, и двинулся на встречу судьбе. Кем бы не были те, кто приехал — они уже победили. Запираться за воротами, полагаясь на арт установки после того, что произошло — по меньшей мере глупо. У рода Ито больше не было тех, кто мог бы его защищать.
Во двор въехал только один седан. Машина выпустила высокого европейца с белоснежными волосами. Враг улыбнулся и протянул Шу руку.
— Авинов Виктор, — сильная рука клещами стиснула безвольную руку Шу, — Очень приятно. А вас я знаю, не переживайте. Толик, — мужчина сделал жест и тут же к ним подбежал человек с ноутбуком, — У нас есть проблема.
Анатолий включил запись. В кадре был один из потерявшихся ветеранов, сильно помятый, на какой-то лесной поляне. Голос за кадром спросил: 'Кто приказал, какой состав нападавших…'
