- Вот тут говоришь, что изменил тебе. Лично я так не считаю. Ксюша для меня как вторая жена, младшая. Ты официальная, она нет, но для меня это неважно. Сегодня десятое июня, и я хочу сказать, что у меня есть новости. Вы заметили, что все военные ходят с таким хмурым видом? Все знают, что в этом месяце немцы нападут на нас. Двадцать второго июня, ровно в три тридцать, утром. Командование тоже знает, но ничего сделать не может. Политуправление запрещает, говоря, что это враньё и провокация. Так вот что я скажу. Я службу несу и меня много знакомых появилось в службе снабжения, а у них знакомые среди польских контрабандистов, я так подарки вам и купил. Так вот те и несут с той стороны новости. Немцы уже готовятся, дата известна точно. Что самое подлое, пришёл запрет эвакуировать русское население из Западных областей и семьи комсостава, мол, чтобы панику не разводить. А отправлять вас под бомбами, когда смерть падает сверху, я не могу и не хочу. Через пять дней будет самолёт на Москву, и я вас лично доставлю в столицу, есть деньги, занял у парней, купим дом, хватает, оформлю на тебя Оль, и убедившись, что вы устроились, немец до Москвы не дойдёт, и вернусь продолжать службу. Армия мне не понравилась, бардак, права ты была Оль, что отговаривала меня. Я бы отслужил год обязательного ценза и уволился, но из-за немцев придётся до конца воевать. После войны демобилизуюсь. Что по Ксюше, то пойми меня, я люблю не только тебя, но и её. Война предстоит страшная, и сотни тысяч молодых парней сгинут на ней. Многие вдовы, или молодые девчата будут выть в подушку ночами, потому то на них мужчин не хватило. Я не хочу такой судьбы Ксюше, да и меня приводит в бешенство одна только мысль если у тебя или у неё будет другой мужчина. Вы можете стонать и извиваться только подо мной и никем более. У вас только один мужчина есть и будет. Это я. Поэтому не ругай сестрёнку, пусть и у неё будет личное счастье. Разницы я между вами не делаю, и вы для меня обе дороги. Единственно, имею надежду что Ксюша понесёт от меня до долгого расставания, дальше война. Я постараюсь обеспечить вас всем, чтобы пережить эту войну. Не слушайте врунов и дураков, что кричат как мы закидаем шапками противника, она будет страшная и кровавая, потери наши составят от пятнадцати до двадцати миллионов только убитыми. Она будет идти несколько лет. Так что вы готовьтесь, ночью с пятнадцатого на шестнадцатое я вас увезу отсюда.
После этого мы отправились спать. Обняв Ольгу, в соседней комнате ворочалась Ксюша, те явно переваривали что я им сообщил, я размышлял. А девчата неплохие, истерику не устраивают, приняли информацию к сведенья, и теперь обдумывают. Ольгу я тоже ею загрузил. По дивизиону, то укомплектован тот людьми на девяносто процентов, комсоставом на восемьдесят, но орудий полный штат, зенитные семидесятишестимиллиметровые пушки образца тысяча девятьсот тридцать первого года. Буксировщики тут есть по штату, это «ЗИС-6», двенадцать штук по числу машин, запасной нет, если вдруг какая сломается. Тут вообще гусеничные транспортёры нужны, но эти грузовики тоже тянули, хотя и с трудом. Три батареи четырёхорудийного состава каждая. Связной мотоцикл и пять грузовых машин снабжения на весь дивизион, тут да, мало, нужно ещё не меньше шести. Легковой машины в дивизионе не было, командиры разъездной «полуторкой» пользовались. Пришлось помочь. Сделать поддельные документы и ввести в штат чёрную «эмку», её отдал командиру дивизиона, было не сложно. Так ввёл ещё три «ЗИС-5», один с прицепом. Водителей нашли среди бойцов. Три разъездных мотоцикла с коляской в каждую батарею для командиров. Бинокли командирам, оружие. Я приказал всем командирам орудий сдать своё личное оружие и получить пистолет-пулемёты «ППД». Что и было сделано. Также выдал их всем командирам. Наручные часы, форму, всё доставал из Хранилище, из дефицита, остальное вполне штатно получал на складах. Сделал дополнительный склад боеприпасов и топлива на краю рощи. Рацион у бойцов улучшился на порядок, часто черноморской рыбкой питались. Командиров доппаёк тропическими фруктами сначала ввёл в ступор, но постепенно привыкали, я видел, как бегали дети по улицам, у некоторых в руках были мандарины, ананасы, бананы, и не моё дело что командиры их своим детям отдают. В общем, в дивизионе я обжился, и да, проставился, как и хотел, пригласив командиров домой, с семьями, отлично посидели в саду, с шашлыками. Хозяйка к соседке ушла, чтобы не мешать. Уже на следующий день отмечали день рождения Ксюши.
