Саша набросилась на фриттату с вялеными помидорами, макала в оливковое масло большие ломти хлеба из соседней пекарни, запивала все огромным количеством воды и никак не могла напиться и наестся. Воду она попросила, как только спустилась с чердака, и пила, пока не начала икать и булькать, словно бутылка с газировкой.
— Я чуть с ума не сошла, — продолжала Джойя. — Вечером ты могла уйти на ужин, потом задержаться, дело молодое. Но когда ты не вернулась утром, я забеспокоилась. Ты так рассказывала о своем fidanzato, что точно не могла остаться у мужчины. — Женщина принесла уже вторую чашку капучино, а Саша никак не могла остановиться, хотя уже чувствовала, что вот-вот лопнет. Она впервые в жизни не ела и не пила почти сутки.
— Карабинеры говорят, что по заключению экспертизы Тея обняла Джованни Орландини и вонзила нож ему в спину. Думаю, у меня при всем желании не получилось бы, нечеловеческая сила у этой девушки. — удивлялась Джойя.
— Это злость и гнев, — сказала Анджелина, все квартальные тетушки пришли услышать Сашину историю из первых рук. — Я-то знаю, что это такое, но я смогла справится. Хотя тем вечером я сама была близка к тому, чтобы убить Орацио. Смешно — никто из нас не узнал, что прорицатель- фальшивый.
— Мы не видели его двадцать лет, это большой срок. — Сказала Сара. И улыбнулась Саше, — Спасибо тебе, муж сказал, что ты пробудила его от спячки. Никогда не видела его таким деятельным!
Наконец ее оставили в покое, хотя Джойя, похоже, прописалась в гостиной, решив, что за постоялицей нужен глаз да глаз. Но дверь в спальню прикрыла, значит, можно доставать дневник. Что было дальше в старой истории? Саша загадала: если у незнакомки и Повелителя ночи все сложится, то и у нее тоже!
***
ИЗ ДНЕВНИКА.
Я не могла насмотреться на красоту в доме отца Карло. Десятки свечей отражались в витринах, стоящих по бокам камина, украшенных старинным фарфором и драгоценными кристаллами; на вышитой скатерти в тарелках блестел шоколадными боками десерт, поданный после обильного ужина. Серебряные чаши полны засахаренного миндаля, розового и фиалкового джемов, не иссякали графины с вином.
Родители Карло пожелали отпраздновать его выздоровление и пригласили меня. Какая красивая женщина синьора Элена, происходящая из знатной фамилии Донà, она все время улыбалась меня, и даже обняла, поблагодарив за спасение сына. А вот отец его выглядел очень строгим и даже немного величественным, наверное, так и положено сенатору Светлейшей.
— Мы обязаны вам жизнью сына, дорогая! — Синьора Элена подняла бокал.
Я засмущалась, а гости зашумели, присоединившись к тосту.
— До сих пор не пойму, как ты додумался пойти туда один, — сказал отец Карло.
— Я надеялся, что уговорю приора выйти из монастыря, хотел сориентироваться по обстановке. Не хотел терять времени, ведь он мог ускользнуть от нас навсегда.
— Что он, собственно и сделал, как я понимаю… А что будет с послушниками?
— Они виновны, вне всякого сомнения, в трёх умышленных убийствах. Мальчики шпионили за всеми тремя жертвами, выбирая подходящий момент, выманили сестру Марию в квартиру… ты знаешь, отец, каким будет приговор инквизиторов. Но я собираюсь выступить на суде. Они очень молоды и попали под влияние слишком сильной личности, чтобы устоять. Надеюсь, эти смягчающие обстоятельства сохранят им жизнь. Но за убийства придется заплатить.
Я еще больше гордилась Карло после этих его слов.
Отец поинтересовался, нашли ли следы приора. В городе распространились слухи, что он исчез.
— Приора ищут и стражники, и шпионы, мы известили Святой Престол. За попытку убийства высшего магистрата Венеции он будет казнен. Думаю, я знаю, где он может скрываться, и однажды… однажды наши пути снова пересекутся.
После ужина мы пошли прогуляться. Зимний вечер оказался неожиданно теплым.
— Я хотел сказать тебе…
Сердце мое подпрыгнуло.
— Ты необыкновенная девушка, — сказал Карло, а я покраснела. — В тебе невероятным образом сочетаются наивность и сила духа. Я очень рад, что встретил тебя.
— Но? — Спросила я. — После таких слов всегда бывает «но».
— Но я ничего не могу предложить тебе. Моя жизнь это постоянное отсутствие по ночам, это расследования и встречи с жестокостью этого мира. Поэтому я не вправе ничего тебе предлагать. Должность, которую я занимаю, не оставляет времени для сантиментов, мне предоставлено право вершить человеческие судьбы я разум должен быть холодным. И я сталкиваюсь с самыми страшными человеческими деяниями. Когда-то я боялся, что тьма осядет в моей душе, но этого не произошло. Повелитель ночи справляется с темнотой. Но в этот раз… я столкнулся с чем бȯльшим. То, что творил приор, показалось мне абсолютным злом.
— Приор не был дьяволом. Он был обыкновенным сумасшедшим, просто невероятно умным. — сказала я.
